Мораль басни “пастух” крылова (анализ, суть, смысл)

О басне и. а. крылова «пастух»

Басня И. А. Крылова «Пастух» относится к немногочис­ленному разряду басен, где действующими лицами являются люди (ср. «Тришкин кафтан», «Волк на псарне», «Госпожа и две Служан­ки» и нек. др.).

Хронологически басня является поздней (впервые была опубликована в 1833 г.). В черновой тетради 1832/1833 г. есть два автографа. Более точных сведе­ний о времени написания басни у нас нет.

Известно только, что при публикации текст не изменился.

Что характерно для данной бас­ни? Повествование ведётся от лица автора-рассказчика; рассказ пред­ставляет частный случай; никаких общих рассуждений нет; в конце даётся истолкование этого расска­за, вывод, мораль. Это реалисти­ческая картинка, изображающая пастуха, который крал барских овец, а сваливал пропажу на волка.

Обратите внимание

Басню «Пастух» нельзя на­звать пародией или аллегорией, это – объективное изложение фактов. Герой не идиллический пастушок, а пастух с вполне конкретной биографией: Савва (так звали пастуха) уже был уличён в воровстве и сослан в деревню «за грехи», а до этого он был поварёнком у барина.

Автор излагает объ­ективные факты и как-то между прочим упоминает главное – «убывать овечки стали». Выводы же, как всегда бывает у Крылова, должен сделать сам читатель. Крылов не уличает вора, он сообщает только, что «кухня у него немного схожа с нашей».

И сразу вспоминаются пословицы: Пасту­хи воруют, а на волка поклёп; На волка помолвка, а пастухи ша­лят; На волка помолвка, а пас­тух телёнка украл.

Волк – символ хищничества и произвола (ср. «Волк на псарне», «Волк и Ягнёнок») – в этой басне сам становится жертвой навета. В черновых вариантах читаем: На волка поднялись войною; На волка поднялись и люди и собаки; На волка поднялся весь свет; Помещик наконец, Чтоб защитить сво­их овец, На волка поднялся вой­ною.

Но затем эти варианты были отвергнуты, а окончательный текст более лаконичен: Вот волка стали стеречи. Глагол стеречь (и архаичная для современного языка форма стеречи) встречается в бас­нях И. А. Крылова в двух значени­ях: 1. «Следить за сохранностью, безопасностью кого-, чего-л., охра­нять» (На солнышке Полкан с Барбосом, лежа, грелись.

Хоть у ворот перед двором Пристойнее б стеречь им было дом. – «Собачья дружба»; Какой-то Повар, гра­мотей, С поварни побежал своей В кабак (он набожных был пра­вил И в этот день по куме тризну правил), А дома стеречи съестное от мышей Кота оста­вил. – «Кот и Повар»; Собака на­нялась и двор стеречь, И хлебы печь, И, сверх того, полоть и поливать рассаду Пускай бы стеречи уж двор.

– «Крестьянин и Собака»); 2. «Выжидать появле­ния кого-л., подкарауливать, под­стерегать». Именно это значение представлено в басне «Пастух».

Итак, вопреки правилам басенно­го жанра, здесь безвинно страдает хищник и разбойник Волк. Впро­чем, первоначально в одном из черновых вариантов у Крылова было «волк де иль упырь», но от упыря (т.е. вампира, что придава­ло бы басне некоторую загадоч­ность) Крылов отказался.

Характер-тип традиционного Вол­ка в данной басне разрушается. Человек побеждает его, но не так, как в басне «Волк на псарне», где Волк наказан за дело.

Важно

В басне «Пастух» человек оговорил Волка (сам Волк не участвует в развитии действия), но никто бы не поверил Саввушке, если бы не известная «слава» Волка, отмеченная в мора­ли другой басни – «Волки и Овцы»: Хоть говорят, Волкам и не спускают… А только Волки всё-таки Овец В леса таскают. Волка считают виноватым за ста­рые грехи.

Его вина не требует доказательств: люди всегда видели в волке злейшего врага, что, кста­ти, нашло отражение в пословицах и поговорках: Не за то волка бьют, что сер, а за то, что овцу съел; И волки сыты и овцы целы, а также в известном сравнении: Как волка в хлев пустить.

Таким образом, сюжет басни взят из рус­ской жизни и передан в национальной форме, соответствующей русскому менталитету. Вот почему Н. В. Гоголь писал об И. А. Кры­лове, что это «тот самый ум, который сродни уму наших посло­виц». О связи басни с пословицами писал и В. Г.

Белинский, видя в них поэзию особого рода: «Самые поговорки и пословицы народные в этом смысле суть поэзия, или, лучше сказать, – начало, первый исходный пункт поэзии; а басня в отношении к поговоркам и посло­вицам есть высший род, высшая поэзия, или поэзия народных поговорок и пословиц., дошедшая до крайнего своего развития, дальше которого она идти не может».

Известно, что Крылов рассматривал свои «Басни в девяти книгах» как целостное произведение, сам располагал их в определённом по­рядке, придавая ему большое значение. Басню «Пастух» автор поместил в первый (лицевой) ряд 9-й книги.

Ясно, что тема воровства для Крылова крайне важна: в 8-й книге лицевого ряда также басня о воровстве, где речь идёт о том, что человек обманул человека («Купец»).

Обе басни как бы пред­варяют гоголевскую тему о корпо­рации воров различного уровня в «Ревизоре» и «Мёртвых душах».

Герой нашей басни Савва – вполне реальное лицо, его часто упоминают в пословицах (Сам свёл сало, а на Савву слава), рукопис­ных сатирических фольклорных повестях («Сказание о попе Савве и о великой его славе»). Упомина­ется этот герой и в одной из песен А. П. Сумарокова, где говорится о прегрешениях Савы (Савушка грешен…), а каждый из четырёх куп­летов завершается рефреном: Са­вушка, Сава! где твоя слава?

Совет

В крыловских вариантах басни сохраняется старое написание рус­ского имени: Сава – с одним в. Такое написание (по данным «Справочника личных имён наро­дов РСФСР» А. В. Суперанской) сохранялось в русском языке до XVII в. (Со II половины XVI в. известна и фамилия Савушкины.)

Савва – русское имя, восходящее к греч. Sabb(a) (усечение Sabbatiоп, буквально «субботний, родившийся в субботу»). Оба варианта: Савва – Сава восходят к греч. Sabb(a) или арамейскому saba со значением «старец, дед» (см. об этом: Петровский Н. А. Словарь русских личных имён. – М., 1966; Успенский Б. А. Из истории русских канонических имён. – М., 1969).

Басня «Пастух» построена по классическому канону: «Суть бас­ни, следовательно, заключается в том, что она должна быть расска­зана как некий частный случай», – писал Л. С. Выготский. Однако это не всегда так: в баснях приво­дятся истории, случавшиеся доста­точно часто.

Но в данном, кон­кретном случае рассказано о еди­ничном происшествии, и оценива­ется оно как действительно имев­шее место. Поступки вора пред­ставлены очень искусно: «Всем плачется и распускает толк, Что страшный показался волк, Что начал он овец таскать из стада И беспощадно их дерёт».

Народ ве­рит этой лжи: «И не диковина, – твердит народ, – Какая от волков овцам пощада!» Крылов лукаво рассказывает о том, как «в кручи­не и печали» подготавливает Савва «общественное мнение». Об истин­ном положении вещей читатель узнаёт не потому, что автор обру­шивается на героя с обличениями.

Нет! Крылов задаёт риторический вопрос: «Но отчего ж у Саввушки в печи То щи с бараниной, то бок бараний с кашей?» Кончается по­вествование народной мудростью, которая здесь выступает как мо­раль, т. е. налицо классическое построение басни, характерное для времён Эзопа: мораль приводится в конце и вытекает из повествова­ния.

Мораль очень наглядно де­монстрирует позицию автора, да­вая рассказу нравственную оценку. Авторское сочувствие Савве (и да­же Саввушке), ощущавшееся в на­чале басни, сводится моралью на нет, героя даже и развенчивать не нужно.

О связи этой басни с пословица­ми мы говорили ранее. К пословицам восходит и рифма Савва – слава; ср.: Был Сава, была и слава; От Савы хочешь славы; Сделали славу – поколотили Саву; Доброму Саве добрая слава; Каков Сава, такова ему и слава.

Обратите внимание

Слово слава в крыловских бас­нях встречается часто, и иногда в непривычном нам архаичном соче­тании слава на кого-л. (ср. сохра­нившееся до наших дней слава, про кого-л.

в басне «Крестьянин и Змея» (1813): «Я знаю, – говорит она [змея], – худую славу, Кото­рая у вас, людей, Идёт про Змей, Что все они презлого нраву»). Более привычное употребление слова в значении «молва, толки» (какие, о ком) также встреча­ется в баснях Крылова и тоже восходит к пословицам. Ср.

: «И словом, слава шла, Что Крот великий зверь на малые дела. («Вос­питание Льва»). – Худая слава пой­дёт – никто замуж не возьмёт». (Посл.).

Итак, басня «Пастух» развёрнута из пословицы. Этим художествен­ным приёмом Иван Андреевич Крылов вос­пользовался и в басне «Синица»: Наделала Синица славы, а море не зажгла. В обеих пословицах встре­чается слава, но в разных значени­ях.

Ещё одна басня – «Мот и Лас­точка» – также создана по народ­ной пословице Одна ласточка вес­ны не делает: «Догадки малого умны; Да только он забыл посло­вицу в народе: Что ласточка одна не делает весны».

Но вернёмся к басне «Пастух». Савву автор называет молодéц. Это слово во времена Крылова имело два значения: 1. «Молодой муж­чина, статный, видный собою» и 2. «Удалой, расторопный, отваж­ный, сметливый человек» (Словарь 1847 г.) Наш герой — это, конеч­но, «расторопный, сметливый человек».

И вот этот «расторопный» молодéц «Всем плачется и распус­кает толк…» Что здесь означает толк? У существительного толк в Словаре 1847 г. отмечено значение «суждение, мнение». В современ­ном языке в этом значении мы употребляем слово во множествен­ном числе. У И. А. Крылова же в баснях толк встречается в четы­рёх значениях: 1.

«Мнение, сужде­ние о чём-л.»: К несчастью, то ж бывает у людей: Как ни полезна вещь, – цены не зная ей, Невежда про неё свой толк всё к худу клонит.

(«Мартышка и Очки»); // «Слух»: Наш молодец В кручине и печали: Всем плачется и распускает толк, Что страшный показался волк («Пастух»); // «Пересуды, разговоры» (мн. ч.): При сих словах поднялся шум и толки. («Мор Зверей»); 2.

«Ис­толкование, объяснение»: Ягнёнка видит он, на добычу стремится: Но, делу дать хотя законный вид и толк, Кричит. («Волк и Ягнё­нок»); // «Особое учение о вере»: И ведайте, народы, вы, Что мнимых мудрецов кощунства толки смелы, Чем против Божества вооружают вас, Погибельный ваш приближают час.

(«Безбожники»); // «Суть, сущность, смысл»: Невежи судят точно так: В чём толку не поймут, то всё у них пустяк. («Петух и Жемчужное Зерно»); 3. «Способность здраво рассуждать, мыслить»: Да спраши­вай ты толку у зверей! («Медведь у Пчёл»); 4. «Польза, прок»: Кто про свои дела кричит всем без умолку, В том, верно, мало толку. («Две Бочки»).

В басне встречается и глагол плакаться, который отмечен в словарях того времени в двух зна­чениях: 1. «То же, что плакать»; 2. «Горько на кого жаловаться» (с пометой просторечное). В басне глагол употребляется в значении «жаловаться, обращаясь за сочув­ствием, вызывая сострадание»: Наш молодец В кручине и печали: Всем плачется.

Басня «Пастух» в настоящее вре­мя немного подзабыта, не считает­ся хрестоматийным произведени­ем. Но разоблачения И. А. Крыло­вым воровства, лицемерия, лжи­вости не потеряли своей актуаль­ности и сегодня.

Источник: Кимягарова Р. С. «На волка только слава» // Русский язык в школе и дома. 2002. – № 3. – С. 11–14.

И. А. Крылова. «Пастух»

*

См.:

Крылов И. А.

https://multiurok.ru/blog/krylov-i-a.html

Источник: https://multiurok.ru/blog/o-basnie-i-a-krylova-pastukh.html

Анализ творчества Крылова

Анализ творчества Крылова

детьми, обогащая их речь и поэтическое сознание. Само по себе это, конечно, превосходно. Точно так же Крылов отнюдь не «поэт золотой середины», нельзя к этому свести все его басенное творчество.

Из того, что мы о нем до сих пор писали, можно сделать как раз противоположный вывод — он, писатель радищевского образа мыслей, — представитель социально «крайних» мыслей.

Но что, собственно, подразумевается под выражением «поэт золотой середины»? В.

Вот в духе этого изречения философом, призывавшим избегать социальных крайностей, социальной борьбы, и старались представить Крылова.

Важно

Особенно легко поддавались такому истолкованию несколько его басен, таких как «Водолазы», «Тень и Человек», «Госпожа и Две служанки», «Подагра и Паук», «Фортуна и Нищий», «Фортуна в гостях», «Алкид», «Булыжник И Алмаз», «Ворона», написанные до 1826 года. В них явно звучит призыв автора к умеренности действий, к примирению с различной жизненной судьбой.

Читайте также:  Татьяна ларина в доме евгения онегина: текст эпизода (фрагмент, отрывок)

Однако даже эти басни не имеют того «охранительного» смысла, который им приписывали сторонники правительственного, дворянского лагеря.

Рассуждая об «аптикняжнинской» комедии Крылова «Сочинитель в прихожей», мы писали о двойном раскрытии аллегорического образа, менее успешном в пьесах Крылова, более удачном в баснях.

В пьесе недостаточно конкретное описание явления — художественная слабость, а при обстоятельном и достаточно конкретном становится затруднительным второе его истолкование, ведь для него нужна своя, другая конкретность и обстоятельность. Иное дело в басне.

Ее приурочение, данное лишь в нескольких намеках, обычно легко поддается не только двойному, но и тройному, и еще более разнообразному раскрытию. Читатель мог в этом убедиться, видя, что и в нашем изложении ссылки на одну и ту же басню повторяются в разных тематических разделах книги.

Значит, следует решать, какое или какие из этих раскрытий более соответствуют замыслу автора. Обычно Крылов сам подводит читателя к верному решению. Но иногда он этого не делает или делает недостаточно ясно. В этих случаях вопрос следует решать на основании общего представления о его творчестве.

Но ясно, что в этих случаях ложное истолкование особенно возможно.

Ограничиться сказанным недостаточно. К басням «золотой середины», на первый взгляд убедительно, присоединяли и те, в которых не было крайней социальной остроты. Таких же басен у Крылова много. Па этом статистическом, так сказать, основании считали утверждение его «поэтом золотой середины» особенно справедливым.

Мы можем извлекать массу полезных уроков из этих басен Крылова. Они учат нас разумной осмотрительности, тщательному учету обстоятельств, пониманию настоящей дружбы и солидарности в общем деле, уважению к труду.

Совет

Несправедливо пренебрегать проявлением народного ума и народной мудрости в баснях Крылова, пусть и лишенных особенно острого политического смысла, хотя бы к ним в прошлом и применялись неоправданно уничижительные наименования.

К тому же раскрытие исторического истолкования басни может в корне изменить осмысление ее содержания. Но мы не знаем исторического «комментария» к множеству басен Крылова. А между тем еще Гоголь писал, что «всякая басня его имеет. историческое происхождение».

К тому же те басни Крылова, которые можно причислить к «басням золотой середины», писались и публиковались Крыловым неравномерно.

Можно предположить такую закономерность: проведя в печать или готовясь провести особенно рискованную в цензурном отношении басню, он предварял и окружал ее произведениями более «благонамеренными», успокаивая встревоженных цензоров и официальную критику. Вот как это видно в его последней, девятой «книге».

Здесь такие острейшие его басни, как «Вельможа» и «Волки и Овцы». О первой мы еще будем говорить,, а вторая показывает полное бесправие народа при «Правительстве зверей» и лицемерие его законов. Остальные басни, собранные в этом разделе, такие, которые вполне могут считаться произведениями «золотой середины».

Обратившись к ним, для того чтобы убедиться, что они могут быть отнесены именно сюда, мы заодно убедимся и в том, что они отнюдь не лишены интереса и небесполезны читателям. В басне «Пастух» говорится о том, как страдают от своего Пастуха те, о которых он должен заботиться. У него пропадали овцы. Он жаловался на «страшного волка».

Друзья! — кончает басню Крылов, —

Случай описан настолько типичный, что последние слова стали поговоркой. Басня «Белка» — о зверьке, который бегает в колесе на удивление народа и говорит Дрозду о том, как «трудится весь день». Мораль Крылова:

Он кажется, из кожи рвется,

Да только все вперед не подается,

В басне «Мыши» Крылов осуждает пустые толки, переходящие в клевету:

«Сестрица! знаешь ли, беда! —

На корабле Мышь Мыши говорила, —

(А правда, так она лишь лапки замочила),

Или с похмелья, или пьян.

Матросы все — один ленивее другого;

Сейчас кричала я во весь народ,

Что ко дну наш корабль идет. »

бы такими ничтожествами. В басне, например, «Щука и Кот» они Щуке «отъели хвост».

«Лиса», в которой рассказывается, как невыгодна бывает. жадность, нежелание поступиться ничем из «своего». Поучение дается таким примером:

Лиса у проруби пила в большой мороз

Но кончик хвостика Лисица замочила,

Ей оторвать бы несколько волосков и освободиться, но она их пожалела: «Да как испортить хвост. Нет, лучше подождать». Хвост же примерзал все больше и больше. Настал день, стали слышны голоса подходящих людей. Но оторваться от проруби Лиса уже не смогла. Помог пробегавший Волк. Он попросту отгрыз Лисе весь хвост. Крылов заключает:

Мне кажется, что смысл не темен басни сей.

Щепотки волосков Лиса не пожалей —

Остался б хвост у ней.

Обратите внимание

В басне «Крестьянин и Собака» Крылов предостерегает тех, которые за все берутся, хотя все уметь им. не дано, как собаке не дано печь хлебы и поливать рассаду на огороде, вместо того чтобы стеречь дом. В «Двух Мальчиках» автор учит разбираться в друзьях.

В «Разбойнике и Извозчике» пишет о том, что грабеж нередко бывает не выгоден самому грабителю. Разбойник напал на Извозчика и, поплатившись несколькими зубами, выбитым глазом и перешибленной рукой, отнял у него воз, как оказалось.

с пузырями! В басне «Лев и Мышь» Крылов развивает тему народной поговорки, ее и приведя в морали:

Не плюй в колодец, пригодится

И наконец, в басне «Кукушка и Петух» Крылов показывает, как неблаговидно и смешно людям хвалить друг друга, подобно этим птицам:

За то, что хвалит он Кукушку.

и его приятель и соратник по низкопробной литературе Греч, до неприличия хвалившие друг друга в печати, на чем для их посрамления и заострил внимание баснописец.

Мы рассмотрели все басни девятой книги для того, чтобы подтвердить мысль, высказанную в начале этого разбора, и чтобы показать не бесполезность для читателей во времена Крылова, да и в наши дни, тех его произведений, которые назывались баснями «золотой середины».

Источник: http://rus-poetry.ru/analiz-tvorchestva-krylova/

Мораль басни Обоз и ее анализ (Крылов И. А.)

“Обоз”, как известно,- выступление в защиту стратегии и тактики Кутузова в ведении войны. Тактики, кроме всего прочего, гуманной. Фельдмаршал берег солдат, русских людей. Он не пускал их тысячами в распыл и в расход. Не пользовался старым, “досюльным” приемом стратегии – чем больше жертв, тем больше славы. Великая победа при наименьших потерях.

Победа (имея в виду масштабы войны), одержанная “малой кровью”,- такова победа Кутузова.

Это потом стало официальной доктриной нашей армии, но уже в советское время.

Но “Обоз” как басня, как художественное произведение замечателен и тем, что он почти не басня. Рассказ, “применение”, доведен до такой степени естественности и совершенства, что самого “применения” уже не чувствуешь. Перед нами простая, истинная, ни на что не претендующая история.

С горшками шел Обоз,

И надобно с крутой горы спускаться.

Только и всего. И далее – без единого отклонения от извозчичьей практики. И с таким подкупающим знанием обозного дела, что диву даешься. Тургенев однажды спросил Толстого: “Лев Николаевич,

Важно

а вы были когда-нибудь лошадью?”. Видимо, был. Но это надо еще проверить. А что Крылов “был” и лошадью и извозчиком – в этом сомнений быть не может.

Читая финал рассказа мы уже забыли (да и не помнили), что это – басня, аллегория, и не прямой рассказ, а некое применение. Совсем забыли. Мы восхищаемся старым “добрым” конем, который первый воз “на крестце почти его понес, катиться возу не давая”; нас невольно беспокоит прыть молодой лошадки, которая, вероятно, разбилась.

Но более всего нас восхищает бесподобное описание скачки под гору, заставившей забыть Мы забыли, что читали басню. Лишь в самом конце ее Крылов решил намекнуть на это. Намекнуть на то, что необходимо подумать над разбитыми горшками. Он включил аналитику нашего сознания, указал на нашу причастность к произошедшему. Он приглашает нас подумать вместе с ним. И подумать про себя.

Лошадь-то лошадью. А вот как у людей-то? И он говорит:

Как в людях многие имеют слабость ту же:

Все кажется в другом ошибкой нам;

А примешься за дело сам,

Так напроказишь вдвое хуже.

Очень расширительное толкование, настолько широкое, что в нем стирается конкретная определенность рассказа. А слово “напроказишь” уводит куда-то в сторону от большой темы. Но Крылова надо брать таким, каков он есть. Надо привыкнуть к нему, всмотреться и вдуматься в его словарь, а не торопиться “поправлять” поэта.

И в этой связи не следует ли вновь сказать о замечательном суждении декабриста Александра Бестужева об “осязательности нравоучения” басен Крылова. Вероятно, нравоучение тем осязательнее и нравоучительнее, чем меньше мы о нем думаем, читая басню.

Тогда-то басня и воздействует на читателя как подлинность рассказа первого плана. Как целое.

И тогда-то аналитическая работа сознания, расширяя радиус действия рассказа и перенося и сопоставляя данное с подобным и аналогичным, через уверование в подлинность первого плана рассказа, и приходит к осязательности. То есть к той же подлинности нравоучения.

В басне “Обоз” в конкретности ее исторического содержания, в конкретности восприятия современниками Крылов выступает как военный стратег в защиту плана Кутузова, направляя свои стрелы против бойкой и норовистой лошаденки, о которой спустя несколько лет Пушкин скажет:

Под Австерлицем он бежал,

В двенадцатом году дрожал!

(Пока оценок нет)

Источник: https://ege-essay.ru/moral-basni-oboz-i-ee-analiz-krylov-i-a/

Внеклассное чтение. И.А.Крылов – поэт и мудрец. Отражение в баснях таланта Крылова – журналиста, музыканта, писателя, философа

Сегодняшний урок посвящен басням Ивана Андреевича Крылова (рис. 1).

Рис. 1. И.А.Крылов (Источник)

В европейской традиции жанр басни связан с легендарной фигурой греческого мудреца Эзопа, жившего в шестом веке до нашей эры.

Басня – стихотворное или прозаическое литературное произведение нравоучительного, сатирического характера. В конце или в начале басни содержится краткое нравоучительное заключение – так называемая мораль. Басня – один из древнейших литературных жанров. Важно отметить, что изначально басня возникает как жанр устного фольклорного творчества.

Расцвета в русской и европейской литературе басня достигает в XVII–XVIII вв. Это связано с утверждением в литературе нового художественного направления, известного нам как классицизм. А поскольку последователи этого направления ориентировались на античные образцы, то появление античной басни в жанрах европейского классицизма вполне закономерно.

Совет

Классицизм – художественный стиль и эстетическое направление в европейском искусстве XVII–XVIII вв.

Басня также идеально удовлетворяла самым значительным идейным течениям эпохи, которую принято называть Просвещением, с его убежденностью в том, что посредством воздействия на человеческий разум можно исправлять пороки и нравы. И как раз басня идеально подходила для решения этих задач.

Выработался достаточно жесткий канон, связанный с написанием произведения этого жанра. Басня состоит из двух частей, из басенного рассказа и басенной морали.

И то и другое очень жестко и плотно соотнесено друг с другом по аллегорическому принципу, мораль вытекает из рассказа, а рассказ создается для того, чтобы из него извлечь мораль. С этим же обстоятельством связан принцип создания басенных персонажей.

Чаще всего они являлись аллегорическим воплощением какой-то конкретной черты, свойства характера, которое подвергалось сатирическому осмеянию.

Крылов начинает свою деятельность во второй половине XVIII века, в тот период, когда классицизм еще жив. Автор выступает, в первую очередь, в роли прозаика и драматурга.

Но уже в начале XIX века, когда начинает утверждаться новое литературное направление – романтизм, которое было принципиально противоположно классицизму и считало идеи Просвещения абсурдными, Крылов обращается к, казалось бы, совершенно неактуальному жанру басни.

Романтизм – явление европейской культуры XVIII–XIX вв., представляющее собой реакцию на Просвещение.

Обратите внимание

Парадоксом является то, что Крылов, писавший, с точки зрения тогдашней литературы, в совершенно неактуальном жанре, добивается пожизненного признания, о котором многие российские и европейские писатели могли только мечтать. Совершенно очевидно, что Крылов подверг классическую басню определенным изменениям, чтобы позволить этому жанру остаться актуальным не только в другую литературную эпоху, но и по сей день.

Когда Крылов готовил самое полное собрание своих басен в девяти книгах, то открыть это собрание он решил басней «Ворона и лисица» (рис. 2).

Читайте также:  Цитаты из романа "отцы и дети" тургенева: интересные высказывания базарова, братьев кирсановых и др.

Рис. 2. Иллюстрация к басне «Ворона и лисица» (Источник)

Тут стоит быть внимательным и не воспринимать басню исключительно с точки зрения ее индивидуального значения, а принимать ее как своеобразное введение в мир басенного творчества Крылова. Сообразно традиции в этой басне мы обнаруживаем и басенную мораль, и басенный рассказ, но необычным является композиционное расположение этих элементов. Басня начинается с морали:

«Уж сколько раз твердили миру, Что лесть гнусна, вредна; но только все не впрок,

И в сердце льстец всегда отыщет уголок».

Если вспомнить, что сюжет этой басни восходит к аналогичной басне Эзопа, то первые строчки могут быть прочитаны таким образом, что уже с VI века и по сей день миру твердят одно и то же.

И в этом случае спрашивается: зачем писать очередную басню, если с самого ее начала можно догадаться, что никакого воспитательного момента в ней нет? А может, у Крылова был иной замысел? Обратимся к басне Эзопа.

«Ворон унес кусок мяса и уселся на дереве. Лисица увидела, и захотелось ей получить это мясо. Стала она перед вороном и принялась его расхваливать: уж и велик он, и красив, и мог бы получше других стать царем над птицами, да и стал бы, конечно, будь у него еще и голос.

Ворону и захотелось показать ей, что есть у него голос; выпустил он мясо и закаркал громким голосом. А лисица подбежала, ухватила мясо и говорит: “Эх, ворон, ка бы у тебя еще и ум был в голове, – ничего бы тебе больше не требовалось, чтоб царствовать”.

Басня уместна против человека неразумного».

Легко обнаружить, что в случае с басней Эзопа мораль совершенно иная: басня направлена не против лести, а против глупости ворона. И этот сюжет неоднократно обыгрывался и другими авторами.

Например, басня немецкого писателя Готхольда-Эфрима Лессинга (рис. 3).

Рис. 3. Готхольд-Эфраим Лессинг (Источник)

ВОРОНА И ЛИСИЦА      «Ворона несла в когтях кусок отравленного мяса, которое рассерженный садовник подбросил для кошек своего соседа.       И только она уселась на старый дуб, чтобы съесть свою добычу, как подкралась лисица и воскликнула, обращаясь к ней:       – Слава тебе, о птица Юпитера!       – За кого ты меня принимаешь? – спросила ворона.

      – За кого я тебя принимаю? – возразила лисица.

– Разве не ты тот благородный орел, что каждый день спускается с руки Зевса на этот дуб и приносит мне, бедной, еду? Почему ты притворствуешь? Иль я не вижу в победоносных когтях твоих вымоленное мной подаяние, которое мне твой повелитель все еще посылает с тобою?       Ворона была удивлена и искренно обрадована тем, что ее сочли за орла.

“Незачем выводить лисицу из этого заблуждения”, – подумала она.       И, преисполненная глупого великодушия, она бросила лисе свою добычу и гордо полетела прочь.       Лиса смеясь подхватила мясо и с злорадством съела его. Но скоро ее радость обратилась в болезненное ощущение; яд начал действовать, и она издохла.

      Пусть бы и вам, проклятые лицемеры, в награду за ваши хвалы не добиться ничего, кроме яда».

Важно

В этой басне мораль явно совпадает с крыловской, но Лессинг считает ворона не глупцом, а, скорее, пострадавшим. В сюжете можно проследить явное желание автора наказать лисицу за ее повадки.

Вернемся к басне Крылова и посмотрим на портрет вороны.

«Вороне где-то бог послал кусочек сыру; На ель Ворона взгромоздясь, Позавтракать было совсем уж собралась,

Да позадумалась, а сыр во рту держала».

И теперь понятно, что Крылов не принимает какую-то одну сторону, он совмещает в вороне глупость и показывает ее жертвой обстоятельств. Лисицу автор тоже показывает несколько в другом свете, нежели Эзоп и Лессинг.

«На ту беду, Лиса близехонько бежала; Вдруг сырный дух Лису остановил: Лисица видит сыр, –

Лисицу сыр пленил…»

Не стоит забывать, что Крылов все-таки пишет в эпоху романтизма, и в его трактовке лиса не виновата, она «в плену». Она не просто льстит, а ведет себя, как актриса, плененная «обаянием» сыра.

«Плутовка к дереву на цыпочках подходит; Вертит хвостом, с Вороны глаз не сводит И говорит так сладко, чуть дыша:

“Голубушка, как хороша!

Спой, светик, не стыдись! Что ежели, сестрица, При красоте такой и петь ты мастерица,

Ведь ты б у нас была царь-птица!”

»

Крылов создает своих персонажей более объемными, и тем самым басенный рассказ приобретает свой собственный смысл, далекий от того, который выражен в басенной морали.

По идее ворона должна была стать жертвой, и мы должны были испытывать к ней сочувствие, а лиса должна была представлять собой объект сатирического изображения, но Крылов показывает этих героев не с одной стороны, а наделяет их дополнительными качествами.

Еще современники Крылова заметили его способность создавать оригинальных персонажей, которые сочетают в себе традиционную басенную историю и, помимо этого, наполнены собственным смыслом, разрушающим при этом смысловое соотношение басенного рассказа и басенной морали.

С такой точки зрения можно рассмотреть и другие басни автора, например басню «Стрекоза и муравей» (рис. 4).

Рис. 4. Иллюстрация к басне «Стрекоза и муравей» (Источник)

«Попрыгунья Стрекоза Лето красное пропела; Оглянуться не успела, Как зима катит в глаза. Помертвело чисто поле; Нет уж дней тех светлых боле, Как под каждым ей листком Был готов и стол, и дом.

Совет

Всё прошло: с зимой холодной Нужда, голод настает; Стрекоза уж не поет: И кому же в ум пойдет На желудок петь голодный! Злой тоской удручена, К Муравью ползет она: «Не оставь меня, кум милой! Дай ты мне собраться с силой И до вешних только дней Прокорми и обогрей!» – «Кумушка, мне странно это:

Да работала ль ты в лето?»

Говорит ей Муравей. «До того ль, голубчик, было? В мягких муравах у нас Песни, резвость всякий час, Так, что голову вскружило».– «А, так ты…» – «Я без души Лето целое всё пела».– «Ты всё пела? это дело:

Так поди же, попляши!»

Сравним «Стрекозу и муравья» с исходным вариантом, басней Эзопа.

«В летнюю пору гулял муравей по пашне и собирал по зёрнышку пшеницу и ячмень, чтобы запастись кормом на зиму. Увидал его жук и посочувствовал, что ему приходится так трудиться даже в такое время года, когда все остальные насекомые отдыхают от тягот и предаются праздности.

Промолчал тогда муравей; но когда пришла зима, и навоз дождями размыло, остался жук голодным, и пришёл он попросить у муравья корму. Сказал муравей: – Эх, жук, ка бы ты тогда работал, когда меня трудом попрекал, не пришлось бы тебе теперь сидеть без корму.

Так люди в достатке не задумываются о будущем, а при перемене обстоятельств терпят жестокие бедствия».

Интересна и история этой басни. Сначала она была обработана французскими писателями и изменен был только жук, его заменили на кузнечика. Когда русские писатели ознакомились с этим сюжетом из французских источников, то кузнечика сменили на стрекозу.

И в итоге изначально «мужской» спор между жуком и муравьем превратился в спор муравья с женщиной, стрекозой. Но в случае с басней Крылова летняя встреча героев опущена, тем самым автор убирает спор из басни и снова преобразовывает героев.

Стрекоза в его варианте сюжета – заигравшаяся и достойная сочувствия, а муравей показан не положительным персонажем, а трудолюбивым, но прагматичным и ворчливым.

И вновь Крылов виртуозно использует классический сюжет басни, но наполняет ее самостоятельным смыслом, придает образам героев многогранность. Автор переворачивает образы и персонажей и разрывает, изменяет структуры басенного рассказа и морали.

Расхождение между басенной моралью и смыслом басенного рассказа можно трактовать и иначе. Смысл басенного рассказа выходит далеко за рамки басенной морали и наполняется особенным крыловским смыслом. Басенный рассказ перестает служить хорошо всем известной басенной дидактике. В этом отношении можно привести в пример еще одну басню про кота и повара (Рис. 5).

Рис. 5. Иллюстрация к басне «Кот и повар» (Источник)

Вспомним сюжет этой басни. Кот, который должен был следить за жарким и отгонять от него крыс, съедает его сам. Повар, в свою очередь, начинает читать коту длинное моральное нравоучение.

Грубо говоря, смысл басенных рассказов Крылова апеллирует не к морали, а, скорее, к некому опыту жизни.

Обратите внимание

И повар, который пытается учить кота, поступает глупо и неуместно, пытаясь научить словом там, где вернее бы было применить силу.

Еще одна басня, которая иллюстрирует то, о чем мы говорим, – «Огородник и философ». Речь идет о двух крестьянах, один из которых в этом году решил посадить огурцы не по старинному методу, а обратившись к журналам.

В итоге крестьянин, посадивший огурцы по старинке, остается с огурцами, а огородник-философ ни с чем. Крылов хочет показать, что жизненная мудрость должна опираться на практику и здравый смысл.

Более того, Крылов пытается уйти от крайностей, и в этом отношении любопытна басня «Водолазы».

Басня «Водолазы» имеет необычную структуру, так сказать, басня в басне. Ее сюжет повествует нам о том, как некий царь решил поспособствовать развитию просвещения в своем государстве и собрал для этого совет.

В итоге мнения на совете разделились, и точного ответа, хорошо ли просвещение для государства, царь не получил. Позже царь встречает старца, который на этот же поставленный царем вопрос отвечает басней о водолазах. Басня о трех братьях, которые жили тем, что продавали жемчуг.

Один брат собирал плохой жемчуг во время прибоя, но его было много, второй пошел немного дальше и собирал меньше жемчуга, но более хорошего качества, а третий решает, что он нырнет глубже всех и достанет пускай одну, но идеальную жемчужину, и в итоге погибает.

Мораль басни очевидна: невозможно дать однозначный ответ в таких вопросах, нужно постараться найти золотую середину, возможность избежать крайностей.

Важно

Еще одним хорошим примером разрушения Крыловым классической установки басни можно назвать басню «Волк и пастух». В этой басне автор показывает нам относительность морали, показывает, что с точки зрения разных персонажей один и тот же поступок может выглядеть по-разному.

«Волк, близко обходя пастуший двор И видя, сквозь забор, Что́, выбрав лучшего себе барана в стаде, Спокойно Пастухи барашка потрошат, А псы смирнехонько лежат, Сам молвил про себя, прочь уходя в досаде: «Какой бы шум вы все здесь подняли, друзья,

Когда бы это сделал я!»

В этом случае мудрость крыловской басни связана с тем, что он апеллирует не столько к традиционной морали, сколько к житейскому опыту. И еще одним примером басни, которую Крылов представляет в таком свете, является басня «Ларчик» (рис. 6).

Рис. 6. Иллюстрация к басне «Ларчик» (Источник)

Получается, что Крылов находит мудрость в самой окружающей жизни, и удивительным образом в эпоху становления романтизма, который обычно выстраивает конфликт с окружающим пространством, возникает автор, который находит в этом окружающем пространстве истину. И в этом случае можно утверждать, что в баснях Крылова можно найти басенный реализм.

Крылов сумел разрушить каноны классической басни. Белинский, один из критиков, работавший с Крыловым в одну и ту же пору, замечал: «Басни Крылова не просто басни: это повесть, комедия, юмористический очерк, злая сатира, словом, что хотите, только не просто басня».

Список литературы

  1. Коровина В.Я. и др. Литература. 8 класс. Учебник в 2 ч. – 8-е изд. – М.: Просвещение, 2009.
  2. И.А. Крылов. Исследования и материалы. Москва, ОГИЗ, 1947. — 296 с. (Бабинцев С. Мировая известность Крылова, стр. 274).
  3. Бабинцев С.М. И.А. Крылов: Очерк его издательской и библиотечной деятельности / Всесоюзная книжная палата, Министерство культуры СССР, Главиздат. – М.: Издательство Всесоюзной книжной палаты, 1955. – 94, [2] с.

Дополнительные рекомендованные ссылки на ресурсы сети Интернет

  1. Интернет портал «Az.lib.ru» (Источник)
  2. Интернет портал «Hrono.ru» (Источник)
  3. Интернет портал «Lit-helper.com» (Источник)

Домашнее задание

  1. Напишите небольшую басню, используя приемы Крылова или опираясь на классические представления об этом жанре.
  2. Нарисуйте иллюстрации к одной из басен.
  3. Проанализируйте басню «Лягушки, просящие царя», подумайте, что хотел сказать автор.
Читайте также:  Отношения и любовь ильи обломова и ольги ильинской в романе "обломов": взаимоотношения, разрыв героев

Источник: https://interneturok.ru/lesson/literatura/8-klass/biz-literatury-xix-vb/vneklassnoe-chtenie-i-a-krylov-poet-i-mudrets-otrazhenie-v-basnyah-talanta-krylova-zhurnalista-muzykanta-pisatelya-filosofa

Внеклассное чтение. И.А.Крылов – поэт и мудрец. Отражение в баснях таланта Крылова – журналиста, музыканта, писателя, философа

В этой басне мо­раль явно сов­па­да­ет с кры­лов­ской, но Лес­синг счи­та­ет во­ро­на не глуп­цом, а, ско­рее, по­стра­дав­шим. В сю­же­те можно про­сле­дить явное же­ла­ние ав­то­ра на­ка­зать ли­си­цу за ее по­вад­ки.

Вер­нем­ся к басне Кры­ло­ва и по­смот­рим на порт­рет во­ро­ны.

«Во­роне где-то бог по­слал ку­со­чек сыру;
На ель Во­ро­на взгро­моз­дясь,
По­зав­тра­кать было со­всем уж со­бра­лась,
Да по­за­ду­ма­лась, а сыр во рту дер­жа­ла».

И те­перь по­нят­но, что Кры­лов не при­ни­ма­ет ка­кую-то одну сто­ро­ну, он сов­ме­ща­ет в во­роне глу­пость и по­ка­зы­ва­ет ее жерт­вой об­сто­я­тельств. Ли­си­цу автор тоже по­ка­зы­ва­ет несколь­ко в дру­гом свете, неже­ли Эзоп и Лес­синг.

«На ту беду, Лиса бли­зе­хонь­ко бе­жа­ла;
Вдруг сыр­ный дух Лису оста­но­вил:
Ли­си­ца видит сыр, –
Ли­си­цу сыр пле­нил…»

Не стоит за­бы­вать, что Кры­лов все-та­ки пишет в эпоху ро­ман­тиз­ма, и в его трак­тов­ке лиса не ви­но­ва­та, она «в плену». Она не про­сто льстит, а ведет себя, как ак­три­са, пле­нен­ная «оба­я­ни­ем» сыра.

«Плу­тов­ка к де­ре­ву на цы­поч­ках под­хо­дит;
Вер­тит хво­стом, с Во­ро­ны глаз не сво­дит
И го­во­рит так слад­ко, чуть дыша:
“Го­лу­буш­ка, как хо­ро­ша!

Спой, све­тик, не сты­дись!
Что ежели, сест­ри­ца,
При кра­со­те такой и петь ты ма­сте­ри­ца,
Ведь ты б у нас была царь-пти­ца!”»

Кры­лов со­зда­ет своих пер­со­на­жей более объ­ем­ны­ми, и тем самым ба­сен­ный рас­сказ при­об­ре­та­ет свой соб­ствен­ный смысл, да­ле­кий от того, ко­то­рый вы­ра­жен в ба­сен­ной мо­ра­ли.

По идее во­ро­на долж­на была стать жерт­вой, и мы долж­ны были ис­пы­ты­вать к ней со­чув­ствие, а лиса долж­на была пред­став­лять собой объ­ект са­ти­ри­че­ско­го изоб­ра­же­ния, но Кры­лов по­ка­зы­ва­ет этих ге­ро­ев не с одной сто­ро­ны, а на­де­ля­ет их до­пол­ни­тель­ны­ми ка­че­ства­ми.

Еще со­вре­мен­ни­ки Кры­ло­ва за­ме­ти­ли его спо­соб­ность со­зда­вать ори­ги­наль­ных пер­со­на­жей, ко­то­рые со­че­та­ют в себе тра­ди­ци­он­ную ба­сен­ную ис­то­рию и, по­ми­мо этого, на­пол­не­ны соб­ствен­ным смыс­лом, раз­ру­ша­ю­щим при этом смыс­ло­вое со­от­но­ше­ние ба­сен­но­го рас­ска­за и ба­сен­ной мо­ра­ли.

Совет

С такой точки зре­ния можно рас­смот­реть и дру­гие басни ав­то­ра, на­при­мер басню «Стре­ко­за и му­ра­вей» (рис. 4).

Рис. 4. Ил­лю­стра­ция к басне «Стре­ко­за и му­ра­вей»

«По­пры­гу­нья Стре­ко­за
Лето крас­ное про­пе­ла;
Огля­нуть­ся не успе­ла,
Как зима катит в глаза.
По­мерт­ве­ло чисто поле;
Нет уж дней тех свет­лых боле,
Как под каж­дым ей лист­ком
Был готов и стол, и дом.

Всё про­шло: с зимой хо­лод­ной
Нужда, голод на­ста­ет;
Стре­ко­за уж не поет:
И кому же в ум пой­дет
На же­лу­док петь го­лод­ный!
Злой тос­кой удру­че­на,
К Му­ра­вью пол­зет она:
«Не оставь меня, кум милой!
Дай ты мне со­брать­ся с силой
И до веш­них толь­ко дней
Про­кор­ми и обо­грей!» – 
«Ку­муш­ка, мне стран­но это:
Да ра­бо­та­ла ль ты в лето?»
Го­во­рит ей Му­ра­вей.
«До того ль, го­луб­чик, было?
В мяг­ких му­ра­вах у нас
Песни, рез­вость вся­кий час,
Так, что го­ло­ву вскру­жи­ло».– 
«А, так ты…» – «Я без души
Лето целое всё пела».– 
«Ты всё пела? это дело:
Так поди же, по­пля­ши!»

Срав­ним «Стре­ко­зу и му­ра­вья» с ис­ход­ным ва­ри­ан­том, бас­ней Эзопа.

«В лет­нюю пору гулял му­ра­вей по пашне и со­би­рал по зёр­ныш­ку пше­ни­цу и яч­мень, чтобы за­па­стись кор­мом на зиму. Уви­дал его жук и по­со­чув­ство­вал, что ему при­хо­дит­ся так тру­дить­ся даже в такое время года, когда все осталь­ные на­се­ко­мые от­ды­ха­ют от тягот и пре­да­ют­ся празд­но­сти.

Про­мол­чал тогда му­ра­вей; но когда при­ш­ла зима, и навоз до­ждя­ми раз­мы­ло, остал­ся жук го­лод­ным, и при­шёл он по­про­сить у му­ра­вья корму. Ска­зал му­ра­вей:
– Эх, жук, ка бы ты тогда ра­бо­тал, когда меня тру­дом по­пре­кал, не при­ш­лось бы тебе те­перь си­деть без корму.

Так люди в до­стат­ке не за­ду­мы­ва­ют­ся о бу­ду­щем, а при пе­ре­мене об­сто­я­тельств тер­пят же­сто­кие бед­ствия».

Ин­те­рес­на и ис­то­рия этой басни. Сна­ча­ла она была об­ра­бо­та­на фран­цуз­ски­ми пи­са­те­ля­ми и из­ме­нен был толь­ко жук, его за­ме­ни­ли на куз­не­чи­ка. Когда рус­ские пи­са­те­ли озна­ко­ми­лись с этим сю­же­том из фран­цуз­ских ис­точ­ни­ков, то куз­не­чи­ка сме­ни­ли на стре­ко­зу.

И в итоге из­на­чаль­но «муж­ской» спор между жуком и му­ра­вьем пре­вра­тил­ся в спор му­ра­вья с жен­щи­ной, стре­ко­зой. Но в слу­чае с бас­ней Кры­ло­ва лет­няя встре­ча ге­ро­ев опу­ще­на, тем самым автор уби­ра­ет спор из басни и снова пре­об­ра­зо­вы­ва­ет ге­ро­ев.

Стре­ко­за в его ва­ри­ан­те сю­же­та – за­иг­рав­ша­я­ся и до­стой­ная со­чув­ствия, а му­ра­вей по­ка­зан не по­ло­жи­тель­ным пер­со­на­жем, а тру­до­лю­би­вым, но праг­ма­тич­ным и ворч­ли­вым.

И вновь Кры­лов вир­ту­оз­но ис­поль­зу­ет клас­си­че­ский сюжет басни, но на­пол­ня­ет ее са­мо­сто­я­тель­ным смыс­лом, при­да­ет об­ра­зам ге­ро­ев мно­го­гран­ность. Автор пе­ре­во­ра­чи­ва­ет об­ра­зы и пер­со­на­жей и раз­ры­ва­ет, из­ме­ня­ет струк­ту­ры ба­сен­но­го рас­ска­за и мо­ра­ли.

Рас­хож­де­ние между ба­сен­ной мо­ра­лью и смыс­лом ба­сен­но­го рас­ска­за можно трак­то­вать и иначе.

Смысл ба­сен­но­го рас­ска­за вы­хо­дит да­ле­ко за рамки ба­сен­ной мо­ра­ли и на­пол­ня­ет­ся осо­бен­ным кры­лов­ским смыс­лом.

Обратите внимание

Ба­сен­ный рас­сказ пе­ре­ста­ет слу­жить хо­ро­шо всем из­вест­ной ба­сен­ной ди­дак­ти­ке. В этом от­но­ше­нии можно при­ве­сти в при­мер еще одну басню про кота и по­ва­ра (Рис. 5).

Рис. 5. Ил­лю­стра­ция к басне «Кот и повар»

Вспом­ним сюжет этой басни. Кот, ко­то­рый дол­жен был сле­дить за жар­ким и от­го­нять от него крыс, съе­да­ет его сам. Повар, в свою оче­редь, на­чи­на­ет чи­тать коту длин­ное мо­раль­ное нра­во­уче­ние.

Грубо го­во­ря, смысл ба­сен­ных рас­ска­зов Кры­ло­ва апел­ли­ру­ет не к мо­ра­ли, а, ско­рее, к неко­му опыту жизни.

И повар, ко­то­рый пы­та­ет­ся учить кота, по­сту­па­ет глупо и неумест­но, пы­та­ясь на­учить сло­вом там, где вер­нее бы было при­ме­нить силу.

Еще одна басня, ко­то­рая ил­лю­стри­ру­ет то, о чем мы го­во­рим, – «Ого­род­ник и фи­ло­соф». Речь идет о двух кре­стья­нах, один из ко­то­рых в этом году решил по­са­дить огур­цы не по ста­рин­но­му ме­то­ду, а об­ра­тив­шись к жур­на­лам.

В итоге кре­стья­нин, по­са­див­ший огур­цы по ста­рин­ке, оста­ет­ся с огур­ца­ми, а ого­род­ник-фи­ло­соф ни с чем. Кры­лов хочет по­ка­зать, что жиз­нен­ная муд­рость долж­на опи­рать­ся на прак­ти­ку и здра­вый смысл.

Более того, Кры­лов пы­та­ет­ся уйти от край­но­стей, и в этом от­но­ше­нии лю­бо­пыт­на басня «Во­до­ла­зы».

Басня «Во­до­ла­зы» имеет необыч­ную струк­ту­ру, так ска­зать, басня в басне. Ее сюжет по­вест­ву­ет нам о том, как некий царь решил по­спо­соб­ство­вать раз­ви­тию про­све­ще­ния в своем го­су­дар­стве и со­брал для этого совет.

Важно

В итоге мне­ния на со­ве­те раз­де­ли­лись, и точ­но­го от­ве­та, хо­ро­шо ли про­све­ще­ние для го­су­дар­ства, царь не по­лу­чил. Позже царь встре­ча­ет стар­ца, ко­то­рый на этот же по­став­лен­ный царем во­прос от­ве­ча­ет бас­ней о во­до­ла­зах. Басня о трех бра­тьях, ко­то­рые жили тем, что про­да­ва­ли жем­чуг.

Один брат со­би­рал пло­хой жем­чуг во время при­боя, но его было много, вто­рой пошел немно­го даль­ше и со­би­рал мень­ше жем­чу­га, но более хо­ро­ше­го ка­че­ства, а тре­тий ре­ша­ет, что он ныр­нет глуб­же всех и до­ста­нет пус­кай одну, но иде­аль­ную жем­чу­жи­ну, и в итоге по­ги­ба­ет.

Мо­раль басни оче­вид­на: невоз­мож­но дать од­но­знач­ный ответ в таких во­про­сах, нужно по­ста­рать­ся найти зо­ло­тую се­ре­ди­ну, воз­мож­ность из­бе­жать край­но­стей.

Еще одним хо­ро­шим при­ме­ром раз­ру­ше­ния Кры­ло­вым клас­си­че­ской уста­нов­ки басни можно на­звать басню «Волк и пас­тух». В этой басне автор по­ка­зы­ва­ет нам от­но­си­тель­ность мо­ра­ли, по­ка­зы­ва­ет, что с точки зре­ния раз­ных пер­со­на­жей один и тот же по­сту­пок может вы­гля­деть по-раз­но­му.

«Волк, близ­ко об­хо­дя пас­ту­ший двор
И видя, сквозь забор,
Что́, вы­брав луч­ше­го себе ба­ра­на в стаде,
Спо­кой­но Пас­ту­хи ба­раш­ка по­тро­шат,
А псы смир­не­хонь­ко лежат,
Сам мол­вил про себя, прочь уходя в до­са­де:
«Какой бы шум вы все здесь под­ня­ли, дру­зья,
Когда бы это сде­лал я!»

В этом слу­чае муд­рость кры­лов­ской басни свя­за­на с тем, что он апел­ли­ру­ет не столь­ко к тра­ди­ци­он­ной мо­ра­ли, сколь­ко к жи­тей­ско­му опыту. И еще одним при­ме­ром басни, ко­то­рую Кры­лов пред­став­ля­ет в таком свете, яв­ля­ет­ся басня «Лар­чик» (рис. 6).

Рис. 6. Ил­лю­стра­ция к басне «Лар­чик»

 Вывод

По­лу­ча­ет­ся, что Кры­лов на­хо­дит муд­рость в самой окру­жа­ю­щей жизни, и уди­ви­тель­ным об­ра­зом в эпоху ста­нов­ле­ния ро­ман­тиз­ма, ко­то­рый обыч­но вы­стра­и­ва­ет кон­фликт с окру­жа­ю­щим про­стран­ством, воз­ни­ка­ет автор, ко­то­рый на­хо­дит в этом окру­жа­ю­щем про­стран­стве ис­ти­ну. И в этом слу­чае можно утвер­ждать, что в бас­нях Кры­ло­ва можно найти ба­сен­ный ре­а­лизм.

Кры­лов сумел раз­ру­шить ка­но­ны клас­си­че­ской басни. Бе­лин­ский, один из кри­ти­ков, ра­бо­тав­ший с Кры­ло­вым в одну и ту же пору, за­ме­чал: «Басни Кры­ло­ва не про­сто басни: это по­весть, ко­ме­дия, юмо­ри­сти­че­ский очерк, злая са­ти­ра, сло­вом, что хо­ти­те, толь­ко не про­сто басня». 

Вопросы к конспектам

На­пи­ши­те неболь­шую басню, ис­поль­зуя при­е­мы Кры­ло­ва или опи­ра­ясь на клас­си­че­ские пред­став­ле­ния об этом жанре.

На­ри­суй­те ил­лю­стра­ции к одной из басен.

Про­ана­ли­зи­руй­те басню «Ля­гуш­ки, про­ся­щие царя», по­ду­май­те, что хотел ска­зать автор.

Последнее изменение: Понедельник, 12 Июнь 2017, 17:02 Пропустить НавигацияПропустить РекламаПропустить Редактор ошибок

       Вы заметили ошибку в тексте? 

    Выделите ее мышкой
    и нажмите CTRL + Enter   

Пропустить Меню блога

Источник: https://100ballov.kz/mod/page/view.php?id=3414

Пастух и море – Басня Лафонтена

Пастух в Нептуновом соседстве близко жил: На взморье, хижины уютной обитатель, Он стада малого был мирный обладатель И век спокойно проводил. Не знал он пышности, зато не знал и горя, И долго участью своей Довольней, может быть, он многих был царей.

Но, видя всякий раз, как с Моря Сокровища несут горами корабли, Как выгружаются богатые товары И ломятся от них амбары, И как хозяева их в пышности цвели, Пастух на то прельстился; Распродал стадо, дом, товаров накупил, Сел на корабль — и за Море пустился.

Однако же поход его не долог был; Обманчивость, морям природну, Он скоро испытал: лишь берег вон из глаз, Как буря поднялась; Корабль разбит, пошли товары ко дну, И он насилу спасся сам. Теперь опять благодаря морям Пошёл он в пастухи, лишь с разницею тою, Что прежде пас овец своих, Теперь пасёт овец чужих Из платы.

Совет

С нуждою, однако ж, хоть большою, Чего не сделаешь терпеньем и трудом? Не спив того, не съев другого, Скопил деньжонок он, завёлся стадом снова И стал опять своих овечек пастухом.

Вот некогда, на берегу морском, При стаде он своём В день ясный сидя И видя, Что на Море едва колышется вода (Так Море присмирело) И плавно к пристани бегут по ней суда: “Мой друг! — сказал. — Опять ты денег захотело, Но ежели моих — пустое дело! Ищи кого иного ты провесть, От нас тебе была уж честь. Посмотрим, как других заманишь,

А от меня вперёд копейки не достанешь”.

Баснь эту лишним я почёл бы толковать; Но как здесь к слову не сказать, Что лучше верного держаться, Чем за обманчивой надеждою гоняться? Найдётся тысячу несчастных от неё На одного, кто не был ей обманут, А мне, что говорить ни станут, Я буду всё твердить своё:

Что впереди — Бог весть; а что моё — моё!

К басне, написанной великим французом, хорошей иллюстрацией послужит и старинная поговорка, что лучше синица в руках, нежели журавль, но в небе.

И процитированная поговорка и мораль басни «Пастух и море» говорят об одном – необходимо ценить и беречь то, что уже имеешь, а не торопиться за несбыточными иллюзиями. Риск – это дело оправданное и тот, кто не решается рисковать, ничего не добивается, могут возразить нам, но, любой риск должен быть адекватным или примерно рассчитанным.

Прежде, чем решаться на рискованное приключение, следует просчитать, насколько достижима та цель, которая мнится вам за горизонтом? Это реальная возможность или лишь «воздушный замок»? Ведь можно мчаться за призрачным богатством, властью, славой, а в конце не достать этого ничего, и упустить в жизни поистине важное: семью, здоровье и разрушить свой дом. И еще один важный урок нам преподносит творенье Лафонтена. Если вы, отважившись на риск, потеряли все, имейте силы, как Пастух из басни, запомнить урок и снова наладить свою жизнь.

Прямая ссылка на эту страницу http://basni.net/basnya/pastuh-i-more.html

Источник: http://basni.net/basnya/pastuh-i-more.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector