Образ и характеристика ивана денисовича шухова: описание характера и внешности главного героя (“один день ивана денисовича”)

Какие качества героя повести «Один день Ивана Денисовича» проявились в сцене коллективной работы на строительстве? – Сочинение

Какие качества героя повести «Один день Ивана Денисовича» проявились в сцене коллективной работы на строительстве?

Автор стремится сделать образ главного героя максимально обобщенным. Как бы сам русский народ ощущается за его фигурой. Иван Денисович — крестьянин, солдат.

В лагере главной задачей Шухова стало не простое фи зическое выживание, но сохранение в себе человеческих качеств: достоинства, самоуважения.

Обратите внимание

Но по мере сил даже в этих условиях Иван Денисович находит возможность внутреннего, хотя бы морального сопротивления Достаточно сравнить его отношение к работе на конвоиров с работой для себя или бригады: «Работа, она как палка, конца в ней два: для людей делаешь — качество дай, для начальства делаешь — дай показуху». С любовью, душевным волнением вспоминает герой сделанные им вещи: ножичек, ложку, хоть немного разнообразящие и облегчающие лагерный быт, хоть в малой степени дающие возможность почувствовать, что есть у тебя свой мир, не просто имущество. Отношение к труду, который был главным содержанием всей нелегкой жизни героя-крестьянина, солдата, и в лагере остается для него важнейшим критерием оценки человека.

Именно в сцене самозабвенного труда на строительстве лагерной ТЭЦ герой проявил важнейшие свои качества Эта сцена является кульминационной в произведении.

Неожиданно забытыми оказываются голод, холод, унижения. Значение имеет только сама по себе горячая созидательная общая работа. Человек с достоинствами и слабостями, своим самым главным внутренним со­держанием проявляется здесь лучше, чем где бы то ни было.

В Шухове растет чувство гордости, радости от соб­ственной умелости, мастерства, которым он владеет луч­ше многих и которое обеспечивает ему уважение людей, достойное место в странном, но человеческом мире.

«Эх, глаз — ватерпас! Ровно!» — восхищается герой, поспеш­но, но все-таки оглядываясь на свою славную работу.

В этой сцене выясняется, что система подавления людей до конца над человеком не властна. И чем ближе персонаж к типу личности, несущей традиционные на­родные ценности, тем свободнее проявляется его душа.

Герой не через прямой протест, не через открытое не­повиновение, но через сам образ мысли и жизненного поведения уходит из-под власти тоталитаризма, все же живет по народным законам. Товарищество, взаимо­выручка, верность слову, внутренняя неуступчивость, живой ум, не притупившиеся в неволе чувства — все это характеризует любимых героев писателя.

Эти качества нелегко было проявить в неволе, но тем более цен­но, достойно уважения, что Ивану Денисовичу Шухову их удается сохранить, в частности, и в проанализированной сцене.

Здесь искали:

  • какие качества ценит в иване денисовиче автор

Источник: http://Sochineniye.ru/kakie-kachestva-geroya-povesti-odin-den-ivana-denisovicha-proyavilis-v-stsene-kollektivnoj-raboty-na-stroitelstve/

Образ главного героя повести “Один день Ивана Денисовича”

Для Шухова в работе нечто большее – радость мастера, свободно владеющего своим делом, ощущающего вдохновение, прилив энергии. С какой трогательной заботой припрятывает Шухов свой мастерок. “Мастерок – большое дело для каменщика, если он по руке и легок.

Однако на каждом объекте такой порядок: весь инструмент утром получили, вечером сдали. И какой завтра инструмент захватишь – это от удачи. Но однажды Шухов обсчитал инструментальщика и лучший мастерок зажилил.

И теперь вечер он его перепрятывает, а утро каждое, если кладка будет берет”.

И в этом чувствуется практичная крестьянская бережливость. Обо всем забывает Шухов во время работы – так увлечен делом: “И как вымело все мысли из головы.

Важно

Ни о чем Шухов сейчас не вспоминал и не заботился, а только думал – как ему колена трубные составить и вывести, чтоб не дымило”. “И не видел больше Шухов ни озора дальнего, где солнце блеснило по снегу, ни как по зоне разбредались из обогревалок работяги.

Шухов видел только стену свою – от развязки слева, где кладка поднималась и направо до угла. А думка его и глаза его выучивали из-подо льда саму стену.

Стену в этом месте прежде клал неизвестный ему каменщик, не разумея или халтуря, а теперь Шухов обвыкался со стеной, как со своей”. Шухову даже жаль, что пора работу кончать: “Что, гадство, день за работой такой короткий? Только до работы припадешь – уж и семь!”.

Хоть и шутка это, а есть в ней доля правды для Ивана Денисовича. Все побегут к вахте. “Кажется, и бригадир велел – раствору жалеть, за стенку его – и побегли. Но так устроен Шухов по-дурацкому, и никак его отучить не могут: всякую вещь жалеет он, чтоб зря не гинула”. В этом – весь Иван Денисович.

Оттого и недоумевает совестливый Шухов, читая письмо жены как же можно в своей деревне не работать: “А с сенокосом как же?” Беспокоится крестьянская душа Шухова, хоть и далеко он от дома, от своих и “жизни их не поймешь”. Труд – это жизнь для Шухова.

Не развратила его советская власть, не смогла заставить халтурить, отлынивать.

Тот уклад жизни, те нормы и неписаные законы, которыми от века жил крестьянин, оказались сильнее. Они – вечные, укорененные в самой природе, которая мстит за бездумное, халтурное к ней отношение. А все остальное – наносное, временное, преходящее.

Вот почему Шухов из другой жизни, прошлой, патриархальной. Здравый смысл. Это им руководствуется Шухов в любой жизненной ситуации. Здравый смысл оказывается сильнее страха даже перед загробной жизнью.

“Я ж не против Бога, понимаешь, – объясняет Шухов Алешке – баптисту, – В Бога я охотно верю. Только вот не верю я в рай и в ад.

Зачем вы нас за дурачков считаете, рай и ад нам сулите?” И тут же, отвечая на вопрос Алешки, почему Богу не молится, Шухов говорит: “Потому, Алешка, что молитвы те, как заявления, или не доходят, или в жалобе отказать”.

Совет

Трезвый взгляд на жизнь упрямо замечает все несообразности во взаимоотношениях между прихожанами и церковью, точнее, священнослужителями, на которых лежит посредническая миссия.

Так что живет Иван Денисович по старому мужицкому правилу: на Бога надейся, а сам не плошай! Примечателен разговор Цезаря с каторжанином Х-123, жилистым стариком, о фильме Эйзенштейна “Иван Грозный”: “‘объективность требует признать, что Эйзенштейн гениален.

“Иоанн Грозный” – разве это не гениально? Пляска опричников с личиной! Сцена в соборе!” – говорит Цезарь. “Кривлянье! … Так много искусства, что уже и не искусство. Перец и мак вместо хлеба насущного!” – отвечает старик.

Но Цезаря прежде всего интересует “не что, а как”, его больше всего занимает, как это сделано, его увлекает новый прием, неожиданный монтаж, оригинальными стык кадров. Цель искусства при этом – дело второстепенное; “гнуснейшая политическая идея – оправдание единоличной тирании” (так характеризует фильм Х-123) оказывается вовсе не такой важной для Цезаря.

Он пропускает мимо ушей и реплику своего оппонента по поводу этой “идеи”: “Глумление над памятью трех поколений русской интеллигенции”. Пытаясь оправдать Эйзенштейна, а скорее всего себя, Цезарь говорит, что только такую трактовку пропустили бы. “Ах, пропустили бы? – взрывается старик.

– Так не говорите, что гений! Скажите, что подхалим, заказ собачий выполнил. Гении не подгоняют трактовку под вкус тиранов!” Вот и получается, что “игра ума”, произведение, в котором слишком “много искусства”, – безнравственно.

С одной стороны, это искусство служит “вкусу тиранов”, оправдывая таким образом то, что и жилистый старик, и Шухов, и сам Цезарь сидят в лагере; с другой – пресловутое “как” (посылаемое стариком “к чертовой матери”) не пробудит мысли автора, “добрых чувств”, а потому не только не нужно, но и вредно.

Для Шухова, безмолвного свидетеля диалога – все это “образованный разговор”. Но насчет “добрых чувств” Шухов хорошо понимает, – идет ли речь” о том, что бригадир “в доброй душе”, или о том, как он сам “подработал” у Цезаря.

“Добрые чувства” – это реальные свойства живых людей, а профессиовализмы Цезаря – это, как будет писать позднее сам Солженицын “образовавщина”. Цезарь и с кавторангом пытается говорить на свои излюбленные темы: монтаж, крупный план, ракурс.

Читайте также:  Цитаты из романа "господа головлевы" салтыкова-щедрина

Но и Буйновский “ловит” его на игре, на нежелания соотнести выдуманное к реальности.

Кино (сталинское, советское кино) и жизнь! Цезарь не может не вызывать уважения влюбленностью в свое дело, увлеченностью своей профессией; но нельзя отделаться от мысли, что желание поговорить об Эйзенштейне во многом связано с тем, что сидел Цезарь целый день в тепле, трубочку покуривал, даже в столовую не ходил (“не унижался ни здесь, ни в лагере”, замечает автор. Он живет вдалеке от реальной лагерной жизни. Вот не спеша подошел Цезарь к своей бригаде, что собралась, ждет, когда после работы в зону можно будет идти: Ну как, капитан, дела? Гретому мерзлого не понять.

Обратите внимание

Пустой вопрос – дела как? – Да как? – поводит капитан плечами. – Наработался вот, спину распрямил”. Цезарь в бригаде “одного кавторанга придерживается, больше ему не с кем душу отвести”. Да Буйновский смотрит на сцены из “Броненосца…” совсем другие глазами: “… черви по мясу прямо как дождевые ползают.

Неужели такие были? Думаю, это б мясо к нам в лагерь сейчас привезли вместо нашей рыбки говенной, да не моя, не скребя, в котел бы ухнули, так мы бы…” Реальность остается скрытой от Цезаря. Он расходует свой интеллектуальный потенциал очень избирательно. Его, как Шухова, вроде бы не занимают “неудобные” вопросы.

Но если Шухов всем своим существом и не предназначен не только для решения, но и для постановки подобных проблем, то Цезарь, видно сознательно уходит от них.

То, что оправданно для Шухова оборачивается для кинорежиссера если не прямой виной, то бедой. Шухова иной раз даже жалеет Цезаря: “Небось много он об себе думает, Цезарь, а не понимает в жизни ничуть”.

По Солженицыну, в жизни понимает больше других сотоварищей, включая не только Цезаря (невольного, а подчас добровольного пособника сталинского “цесаризма”), но и кавторанг и бригадира, и Алешку – баптиста, – всех действующих лиц повести, сам Иван Денисович со своим немудрящим мужицким умом, крестьянской сметкой, ясным практическим взглядом на мир Солженицын, конечно, отдает себе отчет в том, что от Шухова не нужно ждать и требовать осмысления исторических событий интеллектуальных обобщений на уровне его собственного исследования Архипелага ГУЛАГ.

У Ивана Денисовича другая философия жизни, но это тоже философия, впитавшая и обобщившая долгий лагерный опыт, тяжкий исторический опыт советской истории.

В лице тихого и терпеливого Ивана Денисовича Солженицын воссоздал почти символический в своей обобщенности образ русского народа, способного перенести невиданные страдания, лишения, издевательства коммунистического режима, ярмо советской власти и блатной беспредел Архипелага и, несмотря ни на что, – выжить в этом “десятом круге” ада. И сохранить при этом доброту к людям, человечность, снисходительность к человеческим слабостям и непримиримость к нравственным порокам.

(No Ratings Yet)
Загрузка…

Образ главного героя повести “Один день Ивана Денисовича”

Другие сочинения по теме:

  1. Отзыв о повести “Один день Ивана Денисовича” Человек ли? Этим вопросом задается читатель, открывающий первые страницы повести и будто окунающийся в кошмарный, беспросветный и бесконечный сон. Все…
  2. Один день Ивана Денисовича, в сокращении Список произведений в сокращении етого автора Один день Ивана Денисовича Матренин двор В круге первом Раковий корпус Крестьянин и фронтовик…
  3. А. И. Солженицын: “Один день Ивана Денисовича”; “Один А. И. Солженицын: “Один день Ивана Денисовича” “Один день Ивана Денисовича” связан с одним из фактов биографии самого автора –…
  4. Краткое содержание “Одного дня Ивана Денисовича” Солженицына Крестьянин и фронтовик Иван Денисович Шухов оказался “государственным преступником”, “шпионом” и попал в один из сталинских лагерей, подобно миллионам советских…
  5. Образ главного героя в повести Бальзака “Гобсек” Гобсек это не бездушный человек-автомат. Это душа, о которой Дервиль говорил следующее: “… присягаюсь, что ни одна человеческая душа в…
  6. Один день героя Солженицына Солженицын уже тогда – если не знал, то предчувствовал: срок, накрученный стране партией большевиков, подходит к концу. И ради приближения…
  7. Образ главного героя романов Фонтане Герои романов Фонтане – не выдающиеся личности, а обыкновенные люди, воспитанные в понятиях своей среды, но поневоле, в своем стремлении…
  8. Образ главного героя в романе Зегерс “Седьмой крест” Образ Георга-первый у Зегерс образ коммуниста, данный развернуто, в комплексе поступков и внутреннего развития. В воспоминаниях его друга, Франца Марнета,…
  9. Образ главного героя в одной из пьес Арбузова Необычным для самого драматурга оказался образ главного героя, Сергея в пьесе Арбузова “Иркутская история”. В отличие от персонажей ран­них пьес…
  10. Образ главного героя в цикле рассказов “Зона” Довлатов лукавит, называя рассказы “Зоны” “хаотическими записками”: образ главного героя превращает их в главы целостного произведения. Жанр “Зоны” генетически связан…
  11. Образ главного героя в сказке сказки “Конек-Горбунок” Сила сказки в глубоко жизненном раскрытии образа Ивана. В нем выразилась самая суть сказочной истории, вся полнота реализма Ершова. С…
  12. Оригинальное сочинение Образ главного героя в романе “Евгений Онегин” Сочинение по русскому языку 10 класс. Над романом “Евгений Онегин” Пушкин работал свыше восьми лет – с весны 1823 до…
  13. Характер главного героя повести Оноре де Бальзака “Гобсек” Опыт убеждает, что очень непростым есть осмысления образа главного героя повести, так как, понять “Романтические и реалистические черты неоднозначного образа…
  14. Образ Ивана Васильевича – героя рассказа “После бала” В образе Ивана Васильевича – героя рассказа “После бала” – Л. Н. Толстой показал нам типичного человека того времени, студента,…
  15. Исследование образа главного героя повести Джека Лондона “Белый Клык” Познает вещи такими, какими они есть. Расширяет рамки своего присутствия в окружающем мире природы. Любопытство двигает его действиями. Серый волчонок…
  16. Смысл изображения исканий главного героя в поэме Вергилия “Энеида” “Весь мир находился в руках победителей римлян. Они владели и морем, и сушей, и небом, усеянным звездами, но им всего…
  17. Образ Ивана Котигорошка из повести Коцюбинского “Дорогой ценой” Из теории литературы мы хорошо знаем, что в каждом произведении бывают главные и второстепенные персонажи. Наверное, так же, как и…
  18. Твір на тему: “Один день із літніх канікул” Твір на тему: “Один день із літніх канікул” Опис теми: Літні канікули – черги самих подій, що запам’ятовуються, пов’язаних з…
  19. Сочинение на тему: “Один день из летних каникул” Сочинение на тему: “Один день из летних каникул” Описание темы: Летние каникулы – череда самых запоминающихся событий, связанных с отдыхом,…
  20. Чем стали для главного героя эти уроки французского? (по одноименной повести В. Распутина) Уроки французского Распутин В Чем стали для главного героя эти уроки французского? (по одноименной повести В. Распутина) Каждый из нас проводит за школьной партой…

Источник: https://ege-russian.ru/obraz-glavnogo-geroya-povesti-odin-den-ivana-denisovicha/

Образ главного героя в повести А. И. Солженицына «Один день Ивана Денисовича»

Молиться надо о духовном: чтоб Господь с нашего сердца накипь злую снимал…

А. Солженицын. Один день Ивана Денисовича

Главным героем повести “Один день Ивана Денисовича” А. Солженицын сознательно сделал обыкновенного мужика, которого постигла судьба, характерная для многих русских людей XX века.

Иван Денисович Шухов был хозяйственным и бережливым хозяином в маленькой деревне. Когда пришла война, Шухов ушел на фронт и честно воевал. Получил ранение, но не долечился, поспешив вернуться на свое место на фронт.

На долю Ивана Денисовича выпал и немецкий плен, из которого он бежал, но попал в результате в советский лагерь.

Важно

Суровые условия страшного мира, огороженного колючей проволокой, не смогли сломить внутреннего достоинства Шухова, хотя многие из его соседей по бараку давно потеряли человеческий облик. Превратившись из защитника Родины в зека Щ-854, Иван Денисович продолжает жить по тем нравственным законам, которые сложились в крепкий и оптимистичный крестьянский характер.

Мало радостей в расписанном по минутам распорядке дня заключенных лагеря. Каждый день одно и то же: подъем по сигналу, скудный паек, который оставляет полуголодными даже самых тощих, изнурительная работа, постоянные проверки, “шпионы”, полное бесправие зеков, беспредел конвойных и надзирателей…

Читайте также:  Тест по повести "бедная лиза" карамзина в вопросах и ответах (викторина)

И все же Иван Денисович находит в себе силы не унижаться из-за лишней пайки, из-за сигареты, которые всегда готов заработать честным трудом. Не желает Шухов и превратиться в доносчика ради улучшения собственной участи – сам он презирает таких людей.

Развитое чувство собственного достоинства не позволяет ему вылизывать тарелку или попрошайничать – суровые законы лагеря безжалостны к слабакам.

Вера в себя и нежелание жить за чужой счет заставляют Шухова отказаться даже от посылок, какие могла бы ему высылать жена. Он понимал, “чего те передачи стоят, и знал, что десять лет с семьи их не потянешь”.

Доброта и милосердие – одно из основных качеств Ивана Денисовича. Он с пониманием относится к заключенным, которые не умеют или не хотят приспособиться к лагерным законам, в результате чего терпят лишние мучения или упускают выгоду. Некоторых из этих людей Иван Денисович уважает, но больше – жалеет, стараясь при возможности помочь и облегчить их участь.

Совестливость и честность перед собой не дают Шухову симулировать болезнь, как делают многие заключенные, пытаясь избежать работы. Даже почувствовав серьезное недомогание и придя в санчасть, Шухов ощущает себя виноватым, будто обманывает кого-то.

Иван Денисович ценит и любит жизнь, но понимает, что он не в состоянии изменить порядки в лагере, несправедливость в мире.

Совет

Многовековая крестьянская мудрость учит Шухова: “Кряхти да гнись. А упрешься – переломишься”, – но, смиряясь, этот человек никогда не будет жить на коленях и пресмыкаться перед власть имущими.

Трепетное и уважительное отношение к хлебу выдают в образе главного героя истинного крестьянина.

За восемь лет лагерной жизни Шухов так и не отучился снимать шапку перед едой даже в самый лютый мороз.

А для того чтобы носить при себе оставленные “про запас” остатки пайки хлеба, заботливо завернутые в чистую тряпочку, Иван Денисович специально нашил на телогрейку потайной внутренний карманчик.

Любовь к труду наполняет кажущуюся однообразной жизнь Шухова особым смыслом, приносит радость, позволяет выжить.

Не уважая работы бестолковой и по принуждению, Иван Денисович в то же время готов взяться за любое дело, проявляя себя ловким и умелым каменщиком, сапожником, печником.

Ему под силу из обломка полотна ножовки выточить ножик, сшить тапочки или чехлы под рукавицы. Приработок честным трудом не только доставляет Шухову удовольствие, но и дает возможность заработать сигареты или добавку к пайке.

Даже во время работы на этапе, когда нужно было быстро сложить стену, Иван Денисович настолько вошел в азарт, что забыл о лютом холоде и о том, что работает по принуждению. Бережливый и хозяйственный, он не может допустить, чтобы пропал цемент или чтобы работа была брошена на середине.

Обратите внимание

Именно в труде герой обретает внутреннюю свободу и остается непокоренным страшными условиями лагеря и мрачной монотонностью убогого быта. Шухов даже способен чувствовать себя счастливым из-за того, что завершающийся день прошел удачно и не принес никаких неожиданных неприятностей.

Именно такие люди, по мнению писателя, и решают в конечном счете судьбу страны, несут заряд народной нравственности и духовности.

Источник: http://www.sochuroki.com/obraz-glavnogo-geroya-v-povesti-a-i-solzhenicyna-odin-den-ivana-denisovicha/

Система образов в повести А. Солженицына “Один день Ивана Денисовича”

    В повести «Один день Ивана Денисовича» А. Солженицын рассказывает всего об одном дне в лагере, ставшим символом страшной эпохи, в которой жила наша страна. Осудив бесчеловечную систему, писатель вместе с тем создал образ подлинно национального героя, сумевшего сохранить лучшие качества русского народа.

    Воплощён этот образ в главном герое повести – Иване Денисовиче Шухове. Кажется, нет в этом герое ничего особенного. Так, например, он подводит итоги прожитого дня: «На дню у него выдалось много удач: в карцер не посадили, на Соцгородок бригаду не выгнали, в обед он закосил кашу… с ножовкой на шмоне не попался, подработал вечером у Цезаря и табачку купил.

И не заболел, перемогся. Прошёл день, ничем не омрачённый, почти счастливый». 

    Неужели в этом заключается счастье? Именно так. Автор нисколько не иронизирует над Шуховым, а симпатизирует ему, уважает своего героя, живущего в согласии с самим собой и по-христиански принимающего невольное положение.

    Иван Денисович любит работать. Его принцип: заработал – получай, «а на чужое добро брюха не распяливай». В том, с какой любовью он занят делом, чувствуется радость мастера, свободно владеющего своим делом. 

    В лагере Шухов рассчитывает каждый свой шаг. Он старается строго исполнять режим, всегда может подработать, запаслив. Но приспособляемость Шухова не следует путать с приспобленчеством, униженностью, потерей человеческого достоинства. Шухов хорошо запомнил слова бригадира Куземина: «В лагере вот кто подыхает: кто миски лижет, кто на санчасть надеется да кто к куму ходит стучать».

    Так спасаются люди слабые, пытающиеся выжить за счёт других, «на чужой крови». Такие люди выживают физически, но погибают нравственно. Шухов не такой. Он всегда рад запастись лишней пайкой, раздобыть табаку, но не как Фетюков, который «в рот засматривает, и глаза горят», и «слюнявит»: «Да-айте разок потянуть!».

Шухов раздобудет табак так, чтобы не уронить себя: разглядел Шухов, что «однобригадник его Цезарь курил, и курил не трубку, а сигарету – значит, подстрельнуть можно». Занимая очередь за посылкой для Цезаря, Шухов не спрашивает: «Ну, получили? – потому что это был бы намёк, что он очередь занимал и теперь имеет право на долю. Он и так знал, что имеет.

Но он не был шакал даже после восьми лет общих работ – и чем дальше, тем крепче утверждался».

    Кроме Шухова, в повести немало эпизодических персонажей, которых автор вводит в повествование для создания более полной картины всеобщего ада.

В одном ряду с Шуховым такие, как Сенька Клевшин, латыш Кильдигс, кавторанг Буйновский, помощник бригадира Павло и, конечно, сам бригадир Тюрин. Это те, кто, как писал Солженицын, «принимают удар».

Важно

Они живут, не роняя себя и «слов никогда не роняя». Неслучайно, наверное, это по преимуществу люди деревенские.

    Особенно интересен образ бригадира Тюрина, попавшего в лагерь как сын раскулаченного. Он для всех – «отец». От того, как он наряд закрыл, зависит жизнь всей бригады: «Хорошо закрыл – значит, теперь пять дней пайки хорошие будут». Тюрин и сам жить умеет, и за других думает.

    Кавторанг Буйновский тоже из тех, «кто принимает на себя удар», но, по мнению Шухова, часто бессмысленно рискует. Например, утром на проверке надзиратели приказывают расстегнуть телогрейки – «и лезут перещупывать, не поддето ли чего в обход устава». Буйновский, пытаясь отстоять свои права, получил «десять суток строгого».

Бессмыслен и бесцелен протест кавторанга. Шухов надеется только на одно: «Придёт пора, и капитан жить научится, а пока ещё не умеет. Ведь что такое «Десять суток строгого»: «Десять суток здешнего карцера, если отсидеть их строго и до конца, – это значит на всю жизнь здоровья лишиться. Туберкулёз, и из больничек уже не вылезешь».

    И Шухову, с его здравым смыслом, и Буйновскому, с его непрактичностью, противопоставлены те, кто избегает ударов. Таков кинорежиссёр Цезарь Маркович.

Он живёт лучше других: у всех шапки старые, а у него меховая («Кому-то Цезарь подмазал, и разрешили ему носить чистую новую городскую шапку»). Все на морозе работают, а Цезарь в тепле в конторе сидит.

Шухов не осуждает Цезаря: каждый хочет выжить.

    Цезарь принимает услуги Ивана Денисовича как само собой разумеющееся. Шухов приносит ему в контору обед: «Цезарь оборотился, руку протянул за кашей, на Шухова и не посмотрел, будто каша сама приехала по воздуху». Такое поведение, как мне кажется, нисколько не украшает Цезаря.

    «Образованные разговоры» – вот одна из отличительных черт жизни этого героя. Он образованный человек, интеллектуал. Кино, которым занимается Цезарь, – игра, то есть ненастоящая жизнь. Цезарь пытается отстраниться от лагерной жизни, играет. Даже в том, как он курит, «чтобы возбудить в себе сильную мысль и дать ей найти что-то», сквозит артистизм.

Читайте также:  Тест по повести "детство" горького: вопросы и ответы (викторина)

    Цезарь любит поговорить о кино. Он влюблён в свое дело, увлечён своей профессией. Но нельзя отделаться от мысли, что желание поговорить об Эйзенштейне во многом связано с тем, что сидел Цезарь целый день в тепле.

Совет

Он далёк от лагерной реальности. Его, как и Шухова, не занимают «неудобные» вопросы. Цезарь сознательно уходит от них. То, что оправдано для Шухова, беда для кинорежиссёра.

Шухов иногда даже жалеет Цезаря: «Небось много он об себе думает, Цезарь, а не понимает в жизни ничуть».

    Понимает же о жизни больше остальных сам Иван Денисович со своим крестьянским складом ума, с ясным практическим взглядом на мир. Автор считает, что от Шухова не нужно ждать и требовать осмысления исторических событий.

Источник: http://reshebnik5-11.ru/sochineniya/solzhenitsyn-a-i/odin-den-ivana-denisovicha/7362-sistema-obrazov-v-povesti-a-solzhenitsyna-odin-den-ivana-denisovicha

Сочинение Солженицын А.И. – Один день Ивана Денисовича

Контрольные работы, курсовые, дипломные, рефераты, а также подготовка докладов, чертежей, лабораторных работ, презентаций и еще много всего. Недорого и быстро.

Узнать больше…

Тема: – Автор и его герой в одном из произведений А.И.Солженицына. (“Один день Ивана Денисовича”)

    “Один день Ивана Денисовича” — это произведение прямого столкновения. Бывают взрывы, их называют “направленными”, таким вот “направленным взрывом”, в смысле выхода энергии, был этот рассказ, заряженный от русской жизни, будто от гигантской живой турбины, которую во вращение приводили и реки, и ветра, и вся людская, меренная на лошадиную, сила.

Этой машиной, махиной, молохом был уподобленный миру лагерный барак.     Распад мира — это еще не распад человека, человеческой личности, но если мир распадается, то распадается он на атомы и эти атомы — люди.

Или эти атомы все разрушают, жизнь лишается смысла — и “все завалилось в кучу бессмысленного сора”, когда “будто вдруг выдернута была та пружина, на которой все держалось и представлялось живым” (Л.Толстой), или же все-таки что-то дает жизни смысл, ту самую пружину.

Писатель, как проводник, воплощается в одном из атомов человеческого вещества — в том, где он чувствует, что энергия распада претворяется этим атомом, этой человеческой личностью в энергию жизни. Потому для русской литературы есть неизбежный герой.

    Этбт герой был неизбежным для Солженицына в том смысле, как неизбежно русский писатель становится проводником национальной метафизической энергии катастрофы распада, сопротивляясь которой духовно он неизбежно добудет этот атом восстановления мира.

Образ Ивана Денисовича сложился из облика и повадок солдата Шухова, воевавшего вместе с Солженицыным в советско-германскую войну (но никогда не сидевшего), из общего опыта послевоенного потока “пленников” и личного опыта автора в Особом лагере каменщиком Остальные герои рассказа — все взяты из лагерной жизни, с их подлинными биографиями.     Человек ли? .

Этим вопросом задается читатель, открывающий первые страницы рассказа и будто окунающийся в кошмарный, беспросветный и бесконечный сон.

Все интересы заключенного Щ-854, кажется, вращаются вокруг простейших животных потребностей организма: как “закосить” лишнюю порцию баланды, как при минус двадцати семи градусах не запустить под рубаху стужу на этапном шмоне, как сберечь последние крохи энергии в ослабленном хроническим голодом и изнуряющей работой теле — словом, как выжить в лагерном аду     И это неплохо удается сноровистому и смекалистому русскому крестьянину Ивану Денисовичу Шухову. Подводя итог пережитому дню, главный герой радуется достигнутым удачам: за лишние секунды утренней дремы его не посадили в карцер, бригадир хорошо закрыл процентовку — бригада получит лишние граммы пайка, сам Шухов купил табачку на два припрятанных рубля, да и начавшуюся было утром болезнь удалось перемочь на кладке стены ТЭЦ.     Все события рассказа как будто убеждают читателя, что все человеческое осталось за колючей проволокой. Этап, отправляющийся на работу, представляет собой сплошную массу серых телогреек. Имена утеряны. Единственное, что подтверждает индивидуальность, — лагерный номер. Человеческая жизнь обесценена. Рядовой заключенный подчинен всем — от состоящих на службе надзирателя и конвоира до повара и старшины барака, таких же узников, как и он. Его могут лишить обеда, посадить в карцер, обеспечив на всю жизнь туберкулезом, а то и расстрелять. И однако же за всеми нечеловеческими реалиями лагерного быта выступают человеческие черты. Они проявляются в характере Ивана Денисовича, в монументальной фигуре бригадира Андрея Прокофьевича, в отчаянной непокорности кавторанга Буйновского, в неразлучности “братьев”-эстонцев, в эпизодическом образе старика интеллигента, отбывающего третий срок и тем не менее не желающего отказываться от приличных человеческих манер.     Что удивительно, барством не веет от конвоя, от начальства, но шибает от Цезаря, хоть он в бараке такой же арестант, как и Иван Денисович. Шухов же притягивается именно к Цезарю как магнитом; как магнитом притягивает во тьме кромешной барака мужика к барину. Между двумя этими людьми, этими атомами есть такая вот притягательная сила даже в лагере, потому что Цезарю “разрешили” носить чистую городскую шапку, и барин очень важен становится мужику, ведь только через него может просыпаться и ему крошка табачку: манит запрещенное, манит та действительная явная свобода, воля, которая на самом деле есть только тайное действие. Цезарь делает то, на что Иван Денисович, работяга, не способен уже нравственно: Цезарь устроил себе и в бараке полубарскую жизнь тем, что “смог подмазать начальству”, а еще потому, что вовсе-то не постыдился взять в услужение себе подобных, поставить себя во всех смыслах выше .таких же, как он сам, со-бригадников — выше шуховых. А на каком основании? А на том, даже внешнем, что ему “не о чем было с ними говорить”, что он с ними общих не имел мыслей, скажем, об искусстве, и прочее. Из всех Цезарь близок только с кавторангом, остальные — не ровня, и если даст он Ивану Денисовичу окурочек, то за службу, а не по душе.     Где находит успокоение, согласие духовное с миром русский человек, где ж его главный “счастливый день”? А что, если в другой раз не обманет Иван Денисович вертухая, пронося что-то запретное на зону? Круги расходятся и расходятся — недаром замысливал Достоевский “Житие великого грешника”, потому что никогда в судьбе русского человека первым кругом ничего не кончалось, а скорее даже наоборот — первый круг только давал разгона рокового судьбе. “Красное колесо” должно было провести нас всеми этими кругами, но круги расплылись дальше и дальше, стоило одолеть один круг истории, как трещали узлы и возникал на горизонте тот, что и не предполагался — колесо не катилось, а охватывало обручем своего рокового бесконечного кольца.     Солженицын в “Одном дне Ивана Денисовича” показал то, что кроется внутри этих кругов. Он же осмелился показать всю несостоятельность власти духовной, двуличность интеллигент-•cfsa, что налагает моральные запреты на естество, чтобы себя же в моральном и социальном положении возвысить над естеством простонародья. Солженицын” не создал духовного учения, потому что его энергия сопротивления и его одиночество человека непримирившегося никак не могли обрасти толпой ревнителей и сподвижников. Литература — это главное дело его жизни, сфера его долга и ответственности как художника, но не вершина для влияния… Человек верующий, обретший веру, он не проповедовал духовную власть Церкви. Не преломилась в личности его и сама Власть. Он остался от нее в отдалении, не сближаясь с ней даже для борьбы. “Письмо к вождям”, “Как нам обустроить Россию”, его политическая проза — это не заявка на Власть, а гражданское к ней послание человека, далекого в силу своей любви к России от всякой политики.     Солженицын и есть русский человек в XX веке, и не один он был таков; тот русский человек, что отыскал в том веке и правду, и свободу, и веру. Отыскал, будто лучик света, свой ясный да прямой путь.

Решить химию
Если Вам нужно решить задачи по химии, выполнить контрольную работу, написать реферат и т. д., то Вам сюда

Copyright © 2005-2013 Xenoid v2.0

Использование материалов сайта возможно при условии указания активной ссылки
Химия: решение задач

Источник: http://www.xenoid.ru/soch/solzhenicin/odin_den_ivana_denisovicha_8.php

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector