Критика о творчестве гоголя, отзывы современников

Н.В.Гоголь как русский критик 19 века

Николая Васильевича Гоголя (1809–1852) очень ценил Александр Пушкин. Он называл его «ярким критиком» и поручил ему в свое время вести критический отдел в журнале «Современник». Как критик Гоголь выступал нечасто. Но, несмотря на это, каждая его статья выходила своевременно и вызывала бурное обсуждение в печати.

Писатель-Гоголь по своей сути являлся приверженцем романтического направления в искусстве. С позиций романтизма он подходил и к оценке художественных произведений. Он отвергал мысль о возможной систематизации творчества, считая его иррациональным явлением. Это видно из тезисов ранней статьи «Арабески».

Автор писал, что искусство предполагает «благоговейное созерцание и сопереживание, в процессе которого душа человека отрешается от жизненной прозы, от всего конечного». Похожая мысль появляется и в «этюдах-фантазиях» «Об архитектуре нынешнего времени» и «Скульптура, живопись и музыка».

Гоголь-критик трактовал искусство как «выражение духа народа и эпохи».

Обратите внимание

Однако писателю были близки идеи просветителей.

По мнению Николая Васильевича, искусство ценно тем, что способно пробудить все самое лучшее в душе человека, способствовать его нравственному совершенствованию.

Гоголь о Пушкине и народности

Свое понимание «народности» как выражения настроений и интересов народа писатель изложил в статье «О малороссийских песнях» (1834). Он считал, что по текстам и мелодике песен можно «догадаться» о страданиях народа, о его потребностях и желаниях. То есть, по Гоголю, песни есть выражение души народа.

Н.В.Гоголь

В статье «В чем же, наконец, существо русской поэзии и в чем ее особенность» (1833) Николай Васильевич задался вопросом о национальной специфике отечественной литературы.

Говоря о специфике русской литературы, он  рассматривает творчество и личность А.С. Пушкина, считая его выразителем подлинных настроений народа.

Признавая талант крупнейшего поэта, в статье «Несколько слов о Пушкине» (1834) критик отзывается о своем великом современнике так:

«При имени Пушкина тотчас осеняет мысль о русском национальном поэте».

В то время в литературной жизни развернулась большая полемика относительно творчества Пушкина.

После выхода «Бориса Годунова» и появления первых глав «Евгения Онегина» многие критики утверждали, что Пушкин «исписался», утратил талант, другие считали, что он стал излишне «аристократичен».

Важно

Гоголь же настойчиво проводил мысль, что пушкинское творчество – подлинно реалистическое и народное. Развивая свой тезис, он пишет, что

народность искусства неразрывно связана с выражением в творчестве писателя точки зрения народа: «Истинная национальность состоит не в описании сарафана, но в самом духе народа».

Гоголь о критике и «коммерциализации» литературы

Подобно Пушкину и Белинскому, Николай Васильевич тоже был недоволен состоянием современной критической мысли. Негативная оценка издательской и критической деятельности Ф. Булгарина, Н. Греча, О. Сенковского прозвучала в статье «О движении журнальной литературы в 1834-1835 году». Статья, по выражению Белинского, отличалась «резким и благородным тоном».

Обложка пушкинского журнала «Современник»

В статье писатель подчеркивал огромное значение журнальной литературы в современной ему эпохе. Следуя мысли просветителей, он считал, что журналы должны воспитывать своих читателей и способствовать формированию общественного мнения.

В этом главнейшую роль он отводил критике:

«Критика, основанная на глубоком вкусе и уме, критика высокого таланта имеет равное достоинство со всяким оригинальным творением».

При этом, состояние журнальной литературы он оценивает в целом как негативное.

Главное, против чего направлено острие его критики, – «торговое направление» в литературе, представленное, в первую очередь, изданиями «Библиотеки для чтения» Сенковского и «Северной пчелы» Булгарина.

Тщательно анализируя каждое произведение, вышедшее в этих журналах, Гоголь приходит к выводу, что редакторы изданий нацелены больше на получение прибыли, чем на просвещение читателей.

Он упрекает Сенковского и Булгарина в общем снижении ценности русской литературы, сведение ее до уровня провинциального чтива.

В своем максимализме автор, конечно, недооценил явные заслуги и Сенковского, и Булгарина как «катализаторов» литературного процесса, создававших множество полемичных статей, вызвавших после публикации яростные споры.

Также важно отметить, что Николай Васильевич выступал не столько против засилия «коммерческой» литературы, сколько против появления бесталанных ремесленников, готовых за деньги создавать любую профанацию.

Совет

В своих выступлениях он выразил несогласие с тезисами Шевырева, изложенными в статье «Словесность и торговля» («Московский наблюдатель», 1835 год). Шевырев резко осуждал литераторов за то, что они публиковались в журналах за деньги, считая, что подлинная литература «продала» себя.

Гоголь же продемонстрировал, что торговля бывает различной, поскольку «читатели и потребность чтения увеличилась».

Следовательно, увеличилось и количество профессионально пишущих авторов-разночинцев, не связанных со службой, чинами, званиями, сословиями и сделавших литературное ремесло своим основным занятием. Таким образом, работа в журналах стала для них единственным средством заработка.

Гоголь о своем творчестве

В 1836 году написаны и программные статьи писателя, связанные с драматургией и театром: «Петербургские записки 1836 года», «Отрывок из письма, писанного автором вскоре после первого представления «Ревизора» к одному литератору», «Театральный разъезд»). Писатель тяжело переживал неправильное понимание современниками своих произведений (в особенности, «Ревизора» и «Мертвых душ». В своих статьях он пытался прояснить свои художественные принципы.

В ряде перечисленных статей автор обосновал необходимость гротескного изображения действительности, понимая, что изображение реальности не может сводиться исключительно к одной правдивости, «подражательству жизни».

В «Петербургских записках 1836 года» писатель приветствовал приход критического реализма, который он связывал с сатирой и юмором. Рассуждая на тему значения смеха в литературе, он показывал, что смех должен быть не только развлекательным, а должен нести определенную эстетическую и смысловую нагрузку.

Читателю нужен тот «электрический живительный смех, который исторгается невольно, свободно и неожиданно, прямо от души, полон ума и высокого искусства».

Гоголь о христианизации и будущем литературы

В 40-е годы в эстетических воззрениях писателя наблюдается все больший крен в сторону религиозности. Все критические выступления позднего Гоголя призваны указать авторам то, что христианство может открыть перед отечественным искусством большие возможности. Это в наибольшей степени раскрывается в его книге-исповеди  «Выбранные места из переписки с друзьями» (1847).

Надо отметить, что эта книга встретила явное непонимание со стороны современников. Белинский осуждал «христианскую проповедь» писателя, считая, что Гоголь «сломался», отрекся от себя прежнего. На самом деле, все положения, высказанные в «Выбранных местах…» являлись органическим продолжением эволюции воззрений Николая Васильевича.

В центр своего внимания писатель ставил Слово. Слово для него – основа литературного творчества.

Обратите внимание

А литература, по мысли писателя, призвана не только изображать действительность и развлекать читателей, она должна воспитывать в них лучшие человеческие качества. В этом литература, по мнению автора, близка к религии.

Именно религия (в основе которой также лежит Слово) служит проводником между человеком и высшим духовным существом – Богом. Поэт, владеющий мощным орудием – Словом , становится кем-то вроде пророка.

Суть своей концепции Гоголь достаточно полно раскрывает в статье «О картине А. Иванова». Картина «Явление Христа народу» как бы воплотила все его эстетические требования, начиная от психологизма и закачивая символико-мифологической монументальностью. В основе отечественной литературы, по мысли писателя, как раз и лежит подобный религиозно-нравственный настрой.

Этот же тезис критик развивает в статьях «Предметы для лирического поэта в нынешнее время» и «О лиризме наших поэтов». Он подчеркивает, что в основе русского лиризма лежит библейская основа.

Он советовал поэтам,

«набравшись духа библейского», спуститься, «как со светочем», к читателям и поразить «позор нашего времени».

По мнению Гоголя-критика, русская литература еще не полностью раскрыла свой потенциал, подлинной литературе еще предстоит возникнуть, и связана она будет непременно с христианизацией мировоззрения будущих писателей.

Вам понравилось? Не скрывайте от мира свою радость – поделитесь

Источник: http://velikayakultura.ru/russkaya-kritika-2/n-v-gogol-kak-russkiy-kritik-19-veka

Отзывы на книги автора Николай Гоголь

Ненавижу, когда люди своё мнение о каком-либо значительном произведении выражают словами: «Ну, это ж классика, и этим всё сказано». Такой сорт людей есть. На них слово «классика» действует магически.

Услышав его, они поднимают большой палец вверх и делают многозначительное лицо, хотя, возможно, ничего из классики не читали.
Не люблю и тех, которые прямо говорят: «Ой, я такой некультурный, тёмный человек – я никогда не читал классику».

Первые скрывают незнание классики за стереотипами, вторые оттеняют это незнание своей откровенностью.

А я говорю: во-первых, не надо стыдиться того, что не читал великих произведений, во-вторых, далеко не вся классика – сплошь шедевры, и в-третьих, если вы не читали классику, вы всё равно остаётесь культурным и образованным.

Не надо начинать чтение, будь то классика или бульварщина, с предубеждением. Если книгу кличут великой, я не поверю, пока сам не прочитаю. Именно такой подход я применял к «Мёртвым душам».

Спросите у 100 россиян, что они думают об этой книге, и 99 скажет: «классика», «шедевр», _____вставить слово с восторженной оценкой_____, хотя я сильно сомневаюсь, что все 100 человек книгу прочли.
Только теперь, прочитав «МД» (школьный опыт не в счёт), я могу подтвердить – да, это великое произведение.

Важно

Классикой его делает то, что оно хранится на полке уже вторую сотню лет и передаётся из поколения в поколение, а не то, что на обложке написано «классика».

Ближе к поэме. Она пленит своим юмором, рождённым на плодородной земле русской нелогичности-уникальности-нестыковки-обособленности, но в большей степени притягивающим является сопереживание Чичикову.

Читатель переживает и волнуется за любого главного героя, а если герой мерзавец и негодяй, мошенник и преступник, – тем интереснее: весело наблюдать, как «неправильный» оставляет с носом всех «правильных», а ещё подспудно хочется, чтобы наш повеса в конце осознал содеянное и исправился, условно говоря, вернув украденные деньги в банк (или раздав их бедным). Переживать за Чичикова, находящегося в окружении столь живописных персонажей, было не только интересно, но и сладостно. Вот только мы не узнали, встал ли он на тропу добродетели – первый том кончился и будущие приключения Чичикова сгорели в камине дома на Никитском бульваре. Однако, пишут, что во втором и третьем томах Чичиков должен был значительно измениться. Согласно этому мнению, Гоголь задумывал “Мёртвые души” как трёхчастное произведение, построенное по аналогии с “Божественной комедией” Данте: 1й том – ад, 2й – чистилище, 3й – рай. Если это так, друзья, то мы все живём в аду. Потому что мы, как и Чичиков, врём и льстим налево и направо, носим маски, печёмся только о себе и т.д.

Вот ещё закавыка: разве Чичиков – отъявленный мерзавец и позор общества? Разумеется, нет. Я уверен даже, что большинство назовёт его положительным героем.

Всё потому, конечно, что он очень похож на нас (или мы на него) – в нём уживаются как отрицательные, так и положительные черты, он не хороший и не плохой, и решительно невозможно причислить его к какой-либо определённой категории.

Причём положительного в нём заметно немногое, но мы (возьму на себя смелость говорить от лица многих) авансом наделяем его хорошими качествами, потому что нечто божественное он всё-таки излучает.

Забавно, ведь сюжет не раскрыт, картина не дописана, а поэмой всё равно восторгаются. Это свидетельствует об уникальности. Один только Гоголь знает, каким вышло бы продолжение, но и без этого мы прикоснулись к великому.

Источник: https://MyBook.ru/author/nikolaj-vasilevich-gogol/reviews/

Н. В. Гоголь в оценке русской критики

УДК 82.09

Н. В. ГОГОЛЬ В ОЦЕНКЕ РУССКОЙ КРИТИКИ

© 2009 Пахрутдинова Р.У.

Дагестанский государственный педагогический университет

Творчество Н. В. Гоголя в оценке русской критики – тема статьи. Творчество Н. В. Гоголя проникнуто живыми интересами русской действительности. С огромной силой реализма писатель выставил «на всенародные очи» всю мерзость и гниль современного ему феодально-помещичьего режима. Произведения Гоголя отразили гнев народа против его вековых угнетателей.

The article is dedicated to the study of the subject of N. V. Gogol’s creative activity in estimation of Russian critics. N. V. Gogol’s works were inspired with alive interest for Russian reality.

With enormous realistic power the writer exposed in public the disgust and rot of his contemporary feudal landowners’ regime.

Gogol’s creative works reflected the people’s anger for their age-old oppressors.

Совет

Ключевые слова: гоголевский реализм, гениальные произведения, идейное искусство, сатирический дар, русская публика, великолепные картины, дух народной жизни, великий талант, гениальный писатель, замечательный народ, передовые взгляды.

Читайте также:  Цитаты из рассказа "дом с мезонином" чехова

Keywords: Gogol’s realism, genius’s works, ideologic art, satirical gift, Russian public, splendid pictures, spirit of folk life, great talent, writer of genius, remarkable people, progressive ideas.

В 2009 году празднуется 200 лет со дня рождения писателя Николая Васильевича Гоголя. В своем творчестве писатель отразил тревогу самых передовых сил русского общества за исторические судьбы своей страны и ее народа. Великим патриотическим воодушевлением проникнуты

произведения Гоголя. По верному замечанию Н. А. Некрасова, он писал «не то, что могло бы более нравиться, и даже не то, что было легче для его таланта, а добивался писать то, что считал полезнейшим для своего отечества [2. С. 14].

Творчество Гоголя знаменует собой величайший после Пушкина рубеж в истории русской литературы.

Критический, отличительный характер гоголевского реализма был выражением ее идейной зрелости и способности ставить главные, коренные вопросы общественной жизни России. Освободительные идеи, питавшие

деятельность Фонвизина и Радищева, Грибоедова и Пушкина, были той традицией русской литературы, из которой вышел Гоголь и которую обогатил он своими гениальными произведениями.

Имя Гоголя служило знаменем в борьбе за передовое, реалистическое, идейное искусство. «Ревизор»,

«Мертвые души», и другие его лучшие произведения были использованы Белинским и Герценом, а за ними -Чернышевским, Добролюбовым,

Обратите внимание

Некрасовым и последующими поколениями революционеров как могучее средство борьбы против помещичьего, эксплуататорского строя.

Широкая литературная известность Гоголя началась после выхода в свет в 1831-32 годах «Вечеров на хуторе близ Диканьки». Эта книга поразила читателей удивительным знанием быта и нравов простых людей, яркостью и свежестью художественных красок, великолепными

картинами украинской природы, замечательным народным юмором.

Критик Надеждин писал в журнале «Телескоп», что автору удалось правдиво воспроизвести дух народной жизни и украинский национальный колорит, соединить в своих повестях «литературность с естественностью» [4. С. 86].

Восторженным был отзыв Пушкина. «Сейчас прочел «Вечера на хуторе близ Диканьки», – писал он издателю

«Литературных прибавлений к «Русскому инвалиду» А. Воейкову. – Они изумили меня. Вот настоящая веселость, искренняя, непринужденная, без жеманства, без чопорности. А местами какая поэзия! какая чувствительность. Все это так необыкновенно в нашей нынешней литературе, что я доселе не образумился …» [4. С. 34].

Особенно интересен был другой отзыв Пушкина, написанный в 1836 году, в связи с выходом из печати второго издания «Вечеров».

Пушкин вспоминал о впечатлении, которое вызвала эта книга при своем появлении: «Как изумились мы русской книге, которая заставляла нас смеяться, мы, не смеявшиеся со временем Фонвизина!» [3. С. 64].

Это сопоставление имен Гоголя и Фонвизина было многозначительным. Уже в этой книге Пушкин проницательно увидел первые проблески сатирического дара Гоголя.

Высокая оценка Пушкиным «Вечеров на хуторе близ Диканьки» очень обрадовала Гоголя. Для молодого автора она была подтверждением серьезности его литературного призвания и правильности избранного им пути. Пушкин в глазах Гоголя был всегда высочайшим авторитетом в вопросах искусства.

Важно

В начале 1835 года вышел новый сборник повестей Гоголя – «Миргород». «Повести, служащие продолжением «Вечеров на хуторе близ Диканьки» -таков подзаголовок «Миргорода». Но эта книга была не просто продолжением «Вечеров». И содержанием и

характерными особенностями своего

стиля она открывала новый этап в творческом развитии писателя.

В «Миргороде» Гоголь выступил перед читателем как художник, открыто и гневно ставящий важные вопросы жизни, смело вскрывающий социальные противоречия современности. От

веселых и романтических украинских парубков и дивчин, вдохновенно поэтических описаний украинской природы Гоголь переходит в новой книге к изображению грубой прозы жизни. Его внимание привлечено к затхлому быту старосветских

помещиков и пошлости миргородских обывателей. Гоголевские

«существователи» стали символом не только ужасающей ограниченности и пошлости, но и беспросветной тупости всего господствовавшего уклада жизни. Вот почему, указывал Белинский, смех Гоголя «растворен горечью».

В «Миргороде» отчетливо определилась главная черта

реалистического таланта Гоголя: его

необыкновенная чуткость к

значительным вопросам русской

действительности. Именно этим

объясняется огромное общественное звучание, которое получили новые произведения Гоголя.

Реакционная критика встретила их крайне враждебно. Она порицала

писателя за исключительный интерес к изображению «грязных» сторон действительности. В многочисленных статьях о «Миргороде» не было ни слова о новаторском характере гоголевских повестей, об их принципиальном значении для судеб русской литературы.

Подобно тому как Пушкину многие критики этой поры противопоставляли третьестепенного поэта Бенедиктова, Гоголю ставили в пример «светские» повести Марлинского. Гоголь, по словам П.

Анненкова, стоял совершенно одинокий, не зная, как выйти из своего положения и на что опереться» [5. С. 46].

В сентябре 1835 года в журнале «Телескоп» появилась большая статья Белинского «О русской повести и повестях Гоголя». Творчество Гоголя рассматривалось в ней в свете

злободневных вопросов развития

Совет

современной русской литературы. Статья начиналась полемически заостренной постановкой вопроса о двух родах поэзии: «идеальной» и «реальной». Поэзия первого рода, по мнению Белинского, не соответствует потребностям современного исторического развития. Она сводится к ложному приукрашиванию жизни [1. С. 54].

Поэтому Белинский отдает

предпочтение поэзии второго рода -«реальной», которая воспроизводит действительность «во всей ее наготе и истине». Критик подчеркивает способность этой поэзии вскрывать действительность «анатомическим

ножом», выставлять ее «как бы позор по всей наготе, во всем ее ужасающем безобразии». В этой «беспощадной откровенности» он видит величайшее преимущество нового направления, главой которого является Гоголь, раскрывший своими повестями уродливые общественные отношения крепостнической России.

Белинский был первым критиком, правильно раскрывшим значение Гоголя для русской литературы. О роли Белинского в истолковании творчества Гоголя писал в своих воспоминаниях И. А. Гончаров: «Без него, смело можно сказать, и Гоголь не был бы в глазах большинства той колоссальной фигурой, в какую он, освещенный критикой Белинского, сразу стал перед публикой» [1. С. 38].

Белинский пристально следил за творческим развитием любимого писателя. Каждое новое его произведение убеждало критика в правильности сделанного им вывода, что Гоголь является «главою литературы, главою поэтов» [1. С. 24].

Высоко оценивая творчество Гоголя, революционно-демократическая критика отмечала в нем и слабые стороны, которые не позволяют считать его произведения «безусловно

удовлетворяющими всем современным потребностям русской публики» [4. С. 25].

В исторических условиях 50-х годов, когда стал отчетливо слышен голос революционно-демократических писателей, некоторые стороны

творчества Гоголя стали особенно уязвимыми. Жизнь выдвигала перед искусством новые задачи. Вот почему в ряде произведений современных писателей Чернышевский видит «залоги более полного и удовлетворительного развития идей, которые Гоголь обнимал только с одной стороны, не сознавая вполне их сцепления, их причин и следствий» [3. С. 15].

Обратите внимание

К этому вопросу Чернышевский снова возвращается в статье о «Сочинениях и письмах Н. В. Гоголя» (1857). Чернышевский отмечает в Гоголе «тесноту горизонта», то есть

недостаточность идейного развития. Будучи великим писателем-реалистом, Гоголь правильно изображал повсеместно наблюдаемые им безобразия крепостнической

действительности, возбуждал

негодование против них.

Но вместе с тем «Гоголь не предвидел, куда поведет это негодование», «его поражало безобразие фактов, и он выражал свой протест, против них: о том, из каких источников возникают эти факты, какая связь находится между тою отраслью жизнью, в которой встречаются эти факты, гражданской государственной жизни, он не размышлял много». Иными словами, Гоголь не видел связи между «частными явлениями» и «общею системою жизни» [3. С. 11].

С изумительной глубиной вскрывает Чернышевский противоречия Гоголя, «многосложный его характер» – писателя и человека. Решительно осуждая реакционные идеи этой последней книги, Чернышевский вместе с тем задается целью выяснить, каким же образом, почему пришел к ней гениальный писатель.

Важнейшую причину Чернышевский видит в отсутствии у Гоголя «страстных и сознательных убеждений». Именно поэтому писатель не видел связи между «частными явлениями» и «общею системою жизни». Чернышевский

отвергает нелепое предположение, будто бы Гоголь стихийно и бессознательно создавал великие обличительные произведения, что якобы он «сам не понимал смысла своих произведений». Напротив, Гоголь не только сознательно стремился «быть грозным сатириком», но еще понимал, сколь недостаточна та сатирика, которую он мог позволить себе в «Ревизоре» сколь она «слаба еще и мелка». Именно в этой

неудовлетворенной «потребности

расширить границы своей сатиры» критик видит одну из причин недовольства Гоголя своими

произведениями [3. С. 21].

Выводы Чернышевского имели большое теоретическое значение.

Они окончательно выбивали из рук врагов гоголевского направления довод, с помощью которого давно пытались фальсифицировать образ великого писателя, доказать, что Гоголь никогда сознательно не разделял критических устремлений своих произведений, что в своем отношении к господствующему строю жизни в России он всегда был благонамерен и, наконец, что основные идеи «Выбранных мест из переписки с друзьями» разделялись писателем с самого начала его творческой деятельности.

Чернышевский ставит еще более резко, чем Белинский, вопрос о значении передового мировоззрения для писателя. Гоголь обладал великим талантом. Но одного таланта недостаточно.

Важно

Помимо творческого инстинкта, писатель должен быть вооружен «стройными воззрениями на жизнь», то есть передовыми взглядами, чтобы быть способным сознательно бороться за революционное преобразование действительности.

С этой точки зрения Чернышевский сравнивает Гоголя с писателями революционно-демократичес-кого направления. «Теперь, например, – пишет он, – Щедрин вовсе не

так инстинктивно смотрит на взяточничество… он очень хорошо понимает, откуда возникает

взяточничество, какими фактами оно поддерживается, какими фактами оно могло быть истреблено» [3. С. 8].

Но Гоголь был сыном своего времени. Его слабые стороны исторически обусловлены и потому они не могут заслонить его бессмертных заслуг перед русской литературой и обществом.

Таков итоговый вывод

Чернышевского. Борьба революционно-демокра-тической критики за Гоголя

имела колоссальное значение. Белинский и Чернышевский не только дали всестороннюю оценку творчества писателя, но на материале этого

творчества поставили проблемы первостепенной важности: о роли

искусства в обществе, о значении передового мировоззрения для

художника, о патриотическом характере передовой русской литературы, о реализме и народности.

Произведения Гоголя сыграли огромную роль в истории литературы и освободительного движения нашей родины. Они воспитывали во многих поколениях русских людей ненависть к буржуазно-политическому строю

Совет

России, они звали к борьбе во имя торжества великих идей социальной справедливости.

Особенно большое влияние

творчества Гоголя испытали на себе русские революционеры-демократы: Белинский и Герцен, Добролюбов и Чернышевский, Некрасов и Салтыков-Щедрин. В судьбе каждого из них имя Гоголя оставило определенный след.

Творчество великого русского

писателя – сатирика является

драгоценнейшим достоянием нашей русской национальной культуры.

Примечания

1. Белинский В.Г. О русской повести и повестях Гоголя // Собр. соч. Т.1. С. 81. 2. Виноградов И.А. Гоголь – художник и мыслитель: христианские основы миросозерцания. М. : ИМЛИ РАН, «Наследие», 2000. 3. Гоголь Н.В. В русской критике и воспоминаниях современников. М., 1951.

4. Манн Ю. Поэтика Гоголя. М. : Художественная литература, 1978. 5. Эмирова Л.А., Акавов З.Н. Кавказская проза А. А. Бестужева-Марлинского. Махачкала, 2004.

Статья поступила в редакцию 15.03.2009 г.

Источник: https://cyberleninka.ru/article/n/n-v-gogol-v-otsenke-russkoy-kritiki

Критика о «Мертвых душах» Гоголя – Русская историческая библиотека

Русская критика и в оценке «Мертвых Душ» разошлась коренным образом; впрочем, больше отзывов было восторженных. Тем не менее, русской критикой Гоголь был недоволен, – он желал обстоятельного разбора своей «поэмы», а услышал только ругань, или неумеренные восхваления.

Отрицательные отзывы критиков: Булгарин, Сенковский, Полевой

Булгарин призвал многое в произведении Гоголя забавным и смешным, признал наличность умных замечаний, но заявил, что все эти счастливые частности тонут в странной смеси вздора, пошлостей и пустяков. В общем, «Мертвые души» показались ему произведением не совсем приличным и несерьезным. Гоголя он сравнил с Поль де Коком.

Таково же отношение к «Мертвым Душам» Сенковского, – он не отрицает присутствия в «поэме» легкого остроумия, но не видит серьезной художнической наблюдательности: «стиль его грязен, картины зловонны», – говорит придирчивый критик, – правды русской жизни он в поэме не нашел.

Полевой, застарелый романтик, не мог переварить гоголевского реализма и признал в «Мертвых Душах» – грубую карикатуру, которая перешла за предел изящного. Произведение это он называет «неопрятной гостиницей», «клеветой на Россию».

«Сколько грязи в этой поэме! – продолжает Полевой. – И приходится согласиться, что Гоголь – родственник Поль де Кока.

Читайте также:  Критика об оде "вольность" пушкина: отзывы критиков xx века

Он – в близком родстве и с Диккенсом, но Диккенсу можно простить его грязь и уродливость за светлые черты, а их не найти у Гоголя».

Положительные отзывы критиков: Шевырев, К. Аксаков

Кроме таких немногих суровых отзывов о «Мертвых душах», большинство было восторженных.

Критики были поражены новизной явления, поражены богатством картин, типов и положений, но никто из них не решался высказаться по существу и с достаточной полнотой определить все значение «Мертвых Душ» для русской жизни, хотя каждый из них и торопился сказать, что эта поэма в общественном смысле явление очень знаменательное (Котляревский).

Из серьезной критики надо указать отзыв Шевырева, который, впрочем, слишком много говорит о будущих русских идеальных героях, обещанных Гоголем. Этот критик указал, между прочим, на торжество реализма в нашем искусстве и на то значение, которое в этой победе сыграли «Мертвые Души».

Константин Аксаков от произведения Гоголя был в таком восхищении, что поставил Гоголя рядом с Гомером и Шекспиром.

Колебания Белинского в отношении «Мертвых Душ»

Это вызвало даже резкую отповедь Белинского, в защиту униженных мировых гениев. Сам Белинский не посвятил «Мертвым Душам» целой статьи, но несколько раз в разных работах отзывается о них сочувственно.

«Мертвые Души», по его словам, «творение чисто русское, национальное, выхваченное из тайника народной жизни, столь же истинное, сколько и патриотическое, беспощадно сдергивающее покров с действительности и дышащее страстною, нервистою, кровною любовью к плодовитому зерну русской жизни.

«Мертвые души», по словам этого знаменитого критика, – творение, необъятно художественное по концепции и выполнению, по характерам действующих лиц и подробностям русского быта и, в то же время, глубокое по мысли, социальное, общественное и историческое».

Белинский был живо затронут также лиризмом Гоголя, романтическими порывами его души, его страстным исканием живой русской души. Белинского заинтересовали и обещания Гоголя дать продолжение поэмы с другими лицами, хотя после «славянофильских» восторгов Шевырева и К.

Обратите внимание

Аксакова по поводу этих будущих идеальных русских героев, западник-Белинский стал критически относиться к обещаниям Гоголя. Он даже прозрел в этих обещаниях опасность, грозящую гоголевскому таланту, и стал печатно убеждать его «не увлекаться такими замыслами, которые не отвечают вполне определившемуся характеру его таланта». По адресу К.

Аксакова, Белинский сказал: «истинная» критика «Мертвых Душ» должна состоять не в восторженных криках о Гомере и Шекспире, об акте творчества, о тройке, – нет, истинная критика должна раскрыть пафос поэмы, который состоит в противоречии общественных форм жизни с её глубоким субстанциальным началом, доселе еще таинственным, доселе не открывшимся собственному сознанию и неуловимым ни для какого определения. Увлекавшийся в этого период философией Гегеля Белинский, как и Гоголь, старался определить идеальные стороны народности русской, – то положительное, что она должна внести в сокровищницу человеческой культуры, чтобы завоевать право на почетный титул «исторического» народа. Ясное определение русских идеалов – и искажение этих идеалов в изображенной Гоголем русской жизни, – вот, те основания, на которые рекомендовал Белинский вступить серьезному критику «Мертвых Душ».

Н. А. Котляревский о реализме «Мертвых Душ»

Ярко проявившийся в «Мертвых душах» талант Гоголя помог ему создать школу русского реалистического романа. Позднейший русский критик, Нестор Александрович Котляревский совершенно справедливо характеризует ширину и глубину этого таланта.

Н. В. Гоголь, автор «Мертвых Душ». Портрет работы Ф. Мюллера, 1841

Гоголь, «как большой художник, творит людей словами, и они стоят, как живые, перед нами, но, кроме этой жизненности и жизнеспособности, эти люди обладают и еще одним качеством, которым они обязаны тому же таланту автора, но, главным образом, его зоркому и серьезному взгляду на жизнь.

Это качество – их типичность. Они все «типичны», т. е.

их умственный склад, темперамент, их привычки, образ их жизни не есть нечто случайное, или исключительное, нечто лично им принадлежащее, – весь их внутренний мир, и вся обстановка, которую они создают вокруг себя – художественный итог внутренней и внешней жизни целых групп людей, целых кругов, классов, воспитавшихся в известных исторических условиях; и эти условия не скрыты от вас, а пояснены нам именно благодаря типичности тех лиц, которых автор выставил, как художественный синтез всех своих наблюдений над жизнью.

Возьмем ли мы помещичьи типы, и мы сразу увидим, что в них дана вся патология дореформенного дворянства, с его маниловщиной на чужом труде, с кулачеством Собакевича, не отличающего одушевленного раба от неодушевленного, с ноздревщиной, которая знает, что, в силу дворянского своего положения, она всегда сумеет вывернуться и не погибнет, с самодурством Кошкарева, который учреждал министерства и департаменты в своей усадьбе, мня себя самодержавным, или, наконец, с благомыслием и добродушием Тентетникова, который прел на корню, избавленный от необходимости к чему-либо приложить свою волю и энергию.

Почти в каждом из гоголевских типов можно найти такую типичность. Всегда выведенное им лицо интересно и само по себе, как известная разновидность человеческой природы, и кроме того, как цельный образ, по которому можно догадаться о культурных условиях, среди которых он вырос.

В этом смысле Гоголь для своей эпохи был единственный писатель: ничей взор не проникал так вглубь русской жизни, никто не умел придать такую типичность своим образам и, если в оценке художественного рассказа выдвигать на первый план эту способность писателя обнаруживать тайные пружины окружающей его жизни, показывать нам, какими общими течениями мысли, какими чувствами, стремлениями, среди каких привычек живет не одно какое-нибудь лицо, а целые группы лиц, из которых слагается общественный организм, – если эту способность ценить в бытописателе-реалисте, то, бесспорно, историю русского реального романа придется начинать с «Мертвых душ» Гоголя».

Источник: http://rushist.com/index.php/literary-articles/2907-kritika-o-mertvykh-dushakh-gogolya

4. Мнение литературных критиков о образе «маленького человека» в творчестве Н. В. Гоголя

Известный литературный критик Ю.В. Манн в своей статье «Одно из самых глубочайших созданий Гоголя» пишет: «Нам, конечно, смешна ограниченность Акакия Акакиевича, но мы в то же время видим его незлобивость, видим, что он вообще находится вне эгоистических расчетов, корыстных побуждений, волнующих других людей. Словно перед нами существо не от мира сего».

И на самом деле душа и помыслы главного героя Акакия Акакиевича остаются неразгаданными и неизведанными для читателя. Известна лишь его принадлежность к «маленьким» людям.

Каких либо высоких человеческих чувств – не наблюдается. , Не умный, не добрый, не благородный. Он всего лишь биологическая особь.

Важно

И любить, и жалеть его можно только за то, что он тоже человек, «брат твой», как учит автор.

В этом и заключалась делема которую поклонники Н.В. Гоголя трактовали по-разному. Одни считали, что Башмачкин был хорошим человеком, просто обиженный судьбой. Сущность, которого состоит из ряда достоинств, за которые его нужно любить. Одним из главных его достоинств, является то что он способен на протест.

Перед смертью герой повести «бушует», угрожая в бреду «значительному лицу»: «…даже сквернохульничал, произнося страшные слова, … тем более что слова эти следовали непосредственно за словом «ваше превосходительство».

После смерти Башмачкин является в образе привидения на петербургские улицы и срывает шинели со «значительных лиц», обвиняя государство, весь его чиновничий аппарат в безликости и равнодушии.

Мнение критиков и современников Гоголя об Акакии Акакиевиче разошлось. Достоевский увидел в “Шинели” “безжалостное издевательство над человеком”; критик Аполлон Григорьев — “любовь общую, мировую, христианскую”, а Чернышевский назвал Башмачкина “совершенным идиотом”.

В данном произведении Гоголь затрагивает ненавистные ему мир чиновников – людей без морали и принципов. Эта история произвела на читателей колоссальное впечатление.

Писатель как истинный гуманист выступил на защиту «маленького человека» — запуганного, бесправного, жалкого чиновника.

Самое искреннее, самое теплое и задушевное сочувствие к обездоленному человеку он высказал в прекрасных строках заключительного рассуждения о судьбе и гибели одной из многих жертв бездушия и произвола.

Повесть «Шинель» произвела сильнейшее впечатление на современников.

Совет

Произведение «Шинель» является одним из лучших работ Н.В. Гоголя и по сегодняшний день. (В.Г. Белинский, Полн. собр. соч., Т.VI. – Стр. 349), это было премьерное открытие «маленького человечка» широкой публике. «Колоссальным произведением» назвал «Шинель» Герцен.

Сделалась знаменитой фраза: «Мы все вышли из гоголевской «Шинели». Говорил ли действительно эти слова Достоевский, неизвестно. Но кто бы их ни сказал, не случайно они стали «крылатыми». Очень многое важное «вышло» из «Шинели», из петербургских повестей Гоголя.

«Внутренняя судьба личности – истинная тема первых, «чиновничьих» произведений Достоевского», – утверждает молодой критик В.Н. Майков, преемник В.Г. Белинского в критическом отделе «Отечественных записок». Споря с Белинским, он заявлял: «И Гоголь, и г. Достоевский изображают действительное общество.

Но Гоголь – поэт по преимуществу социальный, а г. Достоевский – по преимуществу психологический. Для одного индивидуум важен как представитель известного общества, для другого самое общество интересно по влиянию его на личность индивидуума» (Майков В.Н. Литературная критика. – Л., 1985. – с. 180).

Источник: http://litra.bobrodobro.ru/4772

Сборник Сборник – Гоголь в воспоминаниях современников

Гоголь в воспоминаниях современников

Н. В. Гоголь Гравюра Ф. Иордана с портрета Ф. Моллера. 1841

С. Машинский. Предисловие

1

Пожалуй, ни один из великих русских писателей XIX века не вызвал вокруг своего творчества столь ожесточенной идейной борьбы, как Гоголь.

Эта борьба началась после выхода в свет первых его произведений и продолжалась с неослабевающей силой на протяжении многих десятилетий после его смерти.

Белинский справедливо отмечал, что к таланту Гоголя «никто не был равнодушен: его или любили восторженно, или ненавидели».[1]

Творчество Гоголя знаменует собой величайшую после Пушкина веху в развитии русской литературы.

Обратите внимание

Критический, обличительный характер гоголевского реализма был выражением ее идейной зрелости и способности ставить главные, коренные вопросы общественной жизни России.

Освободительные идеи, питавшие деятельность Фонвизина и Радищева, Грибоедова и Пушкина, были той традицией русской литературы, которую Гоголь продолжил и обогатил своими гениальными произведениями.

Характеризуя период русской истории «от декабристов до Герцена», Ленин указывал: «Крепостная Россия забита и неподвижна. Протестует ничтожное меньшинство дворян, бессильных без поддержки народа. Но лучшие люди из дворян помогли разбудить народ».

[2] К числу этих людей принадлежал и Гоголь. Его творчество было проникнуто живыми интересами русской действительности. С огромной силой реализма писатель выставил «на всенародные очи» всю мерзость и гниль современного ему феодально-помещичьего режима.

Произведения Гоголя отразили гнев народа против своих вековых угнетателей.

Обратите внимание

С болью душевной писал Гоголь о засилье «мертвых душ» в крепостнической России. Позиция бесстрастного летописца была чужда Гоголю.

В своем знаменитом рассуждении о двух типах художников, которым открывается седьмая глава «Мертвых душ», Гоголь противопоставляет парящему в небесах романтическому вдохновению — тяжелый, но благородный труд писателя-реалиста, «дерзнувшего вызвать наружу… всю страшную, потрясающую тину мелочей, опутавших нашу жизнь, всю глубину холодных, раздробленных, повседневных характеров, которыми кишит наша земная, подчас горькая и скучная дорога». Таким художником-реалистом, обличителем был сам Гоголь. С беспощадным сарказмом и ненавистью выставлял он напоказ «кривые рожи» помещичьего и чиновничьего мира. Белинский подчеркивал, что самая характерная и важная черта Гоголя состоит в его страстной и протестующей «субъективности», которая «доходит до высокого и лирического пафоса и освежительными волнами охватывает душу читателя».

С огромной художественной силой Гоголь показал не только процесс разложения феодально-крепостнической системы и духовного оскудения ее представителей, но и ту страшную угрозу, которую нес народу мир Чичиковых — мир капиталистического хищничества.

В своем творчестве писатель отразил тревогу передовых сил русского общества за исторические судьбы своей страны и своего народа. Великим патриотическим воодушевлением проникнуты произведения Гоголя. Он писал, по словам Н. А.

Некрасова, «не то, что могло бы более нравиться, и даже не то, что было легче для его таланта, а добивался писать то, что считал полезнейшим для своего отечества».[3]

Важно

Творческий путь Гоголя был необычайно сложен и противоречив. Он создал произведения, в которых с потрясающей силой разоблачал феодально-крепостнический строй России и в них, по выражению Добролюбова, «очень близко подошел к народной точке зрения».

[4] Однако писатель был далек от мысли о необходимости решительного, революционного преобразования этого строя. Гоголь ненавидел уродливый мир крепостников и царских чиновников. В то же время он часто пугался выводов, естественно и закономерно вытекавших из его произведений, — выводов, которые делали его читатели.

Гоголю, гениальному художнику-реалисту, была свойственна узость идейного кругозора, на что не раз указывали Белинский и Чернышевский.

В этом была трагедия великого писателя. Но каковы бы ни были заблуждения Гоголя на последнем этапе его жизни, он сыграл колоссальную роль в истории русской литературы и освободительного движения в России.

Важно

Раскрывая историческое значение творчества Л. Н. Толстого, В. И. Ленин писал: «…если перед нами действительно великий художник, то некоторые хотя бы из существенных сторон революции он должен был отразить в своих произведениях».[5] Это гениальное ленинское положение помогает объяснить и важнейшую проблему гоголевского творчества.

Будучи великим художником-реалистом, Гоголь сумел, вопреки узости и ограниченности собственных идейных позиций, нарисовать в своих произведениях изумительно верную картину русской крепостнической действительности и с беспощадной правдивостью разоблачить самодержавно-крепостнический строй.

Тем самым Гоголь содействовал пробуждению и развитию революционного самосознания.

М. И. Калинин писал: «Художественная литература первой половины XIX века значительно двинула вперед развитие политической мысли русского общества, познание своего народа».[6] Эти слова имеют прямое отношение к Гоголю.

Под непосредственным влиянием Гоголя формировалось творчество самых выдающихся русских писателей: Герцена и Тургенева, Островского и Гончарова, Некрасова и Салтыкова-Щедрина. Именем Гоголя Чернышевский назвал целый период в истории русской литературы.

На протяжении многих десятилетий это имя служило знаменем в борьбе за передовое, идейное искусство.

Совет

Гениальные произведения Гоголя служили Белинскому и Герцену, Чернышевскому и Добролюбову, а также последующим поколениям революционеров могучим оружием в борьбе против помещичьего, эксплоататорского строя.

Противоречия Гоголя пытались использовать в реакционном лагере, не щадившем усилий, чтобы фальсифицировать его творчество, выхолостить из него народно-патриотическое и обличительное содержание, представить великого сатирика смиренным «мучеником христианской веры».

Громадную роль в борьбе за Гоголя, в защите его от всевозможных реакционных фальсификаторов, как известно, сыграл Белинский. Он первый увидел новаторское значение произведений Гоголя.

Совет

Он проницательно раскрыл их глубокое идейное содержание и на материале этих произведений решал наиболее злободневные проблемы современности. Творчество Гоголя дало возможность Белинскому в условиях полицейского режима сделать предметом легального публичного обсуждения самые острые явления общественной жизни страны.

В своей статье «Речь о критике» он, например, прямо заявил, что «беспрерывные толки и споры», возбужденные «Мертвыми душами», — «вопрос, столько же литературный, сколько и общественный».

[7] Но наиболее ярким выражением революционной мысли Белинского явилось его знаменитое письмо к Гоголю по поводу «Выбранных мест из переписки с друзьями», с потрясающей силой отразившее политические настроения закрепощенных масс России, их страстный протест против своих угнетателей.

Источник: https://libking.ru/books/nonf-/nonf-criticism/163219-sbornik-sbornik-gogol-v-vospominaniyah-sovremennikov.html

Сборник Сборник – Гоголь в воспоминаниях современников

Здесь можно скачать бесплатно “Сборник Сборник – Гоголь в воспоминаниях современников” в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Критика, издательство Гослитиздат, год 1952.

Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.

На Facebook
В Твиттере
В Instagram
В Одноклассниках
Мы Вконтакте

Описание и краткое содержание “Гоголь в воспоминаниях современников” читать бесплатно онлайн.

Настоящее издание является наиболее полным, хотя далеко не исчерпывающим, сводом мемуарных материалов о Гоголе. Сюда вошли как общеизвестные, неоднократно переиздававшиеся воспоминания – И. С. Тургенева, П. В. Анненкова, С. Т.

Аксакова, так и менее известные. Воспоминания расположены в книге в хронологическом порядке – в соответствии с этапами биографии Гоголя. Тексты воспоминаний воспроизводятся по первопечатным и последним прижизненным изданиям.http://ruslit.

traumlibrary.net

Гоголь в воспоминаниях современников

Н. В. Гоголь Гравюра Ф. Иордана с портрета Ф. Моллера. 1841

С. Машинский. Предисловие

1

Пожалуй, ни один из великих русских писателей XIX века не вызвал вокруг своего творчества столь ожесточенной идейной борьбы, как Гоголь.

Эта борьба началась после выхода в свет первых его произведений и продолжалась с неослабевающей силой на протяжении многих десятилетий после его смерти.

Белинский справедливо отмечал, что к таланту Гоголя «никто не был равнодушен: его или любили восторженно, или ненавидели».[1]

Творчество Гоголя знаменует собой величайшую после Пушкина веху в развитии русской литературы.

Обратите внимание

Критический, обличительный характер гоголевского реализма был выражением ее идейной зрелости и способности ставить главные, коренные вопросы общественной жизни России.

Освободительные идеи, питавшие деятельность Фонвизина и Радищева, Грибоедова и Пушкина, были той традицией русской литературы, которую Гоголь продолжил и обогатил своими гениальными произведениями.

Характеризуя период русской истории «от декабристов до Герцена», Ленин указывал: «Крепостная Россия забита и неподвижна. Протестует ничтожное меньшинство дворян, бессильных без поддержки народа. Но лучшие люди из дворян помогли разбудить народ».

[2] К числу этих людей принадлежал и Гоголь. Его творчество было проникнуто живыми интересами русской действительности. С огромной силой реализма писатель выставил «на всенародные очи» всю мерзость и гниль современного ему феодально-помещичьего режима.

Произведения Гоголя отразили гнев народа против своих вековых угнетателей.

Обратите внимание

С болью душевной писал Гоголь о засилье «мертвых душ» в крепостнической России. Позиция бесстрастного летописца была чужда Гоголю.

В своем знаменитом рассуждении о двух типах художников, которым открывается седьмая глава «Мертвых душ», Гоголь противопоставляет парящему в небесах романтическому вдохновению – тяжелый, но благородный труд писателя-реалиста, «дерзнувшего вызвать наружу… всю страшную, потрясающую тину мелочей, опутавших нашу жизнь, всю глубину холодных, раздробленных, повседневных характеров, которыми кишит наша земная, подчас горькая и скучная дорога». Таким художником-реалистом, обличителем был сам Гоголь. С беспощадным сарказмом и ненавистью выставлял он напоказ «кривые рожи» помещичьего и чиновничьего мира. Белинский подчеркивал, что самая характерная и важная черта Гоголя состоит в его страстной и протестующей «субъективности», которая «доходит до высокого и лирического пафоса и освежительными волнами охватывает душу читателя».

С огромной художественной силой Гоголь показал не только процесс разложения феодально-крепостнической системы и духовного оскудения ее представителей, но и ту страшную угрозу, которую нес народу мир Чичиковых – мир капиталистического хищничества.

В своем творчестве писатель отразил тревогу передовых сил русского общества за исторические судьбы своей страны и своего народа. Великим патриотическим воодушевлением проникнуты произведения Гоголя. Он писал, по словам Н. А.

Некрасова, «не то, что могло бы более нравиться, и даже не то, что было легче для его таланта, а добивался писать то, что считал полезнейшим для своего отечества».[3]

Важно

Творческий путь Гоголя был необычайно сложен и противоречив. Он создал произведения, в которых с потрясающей силой разоблачал феодально-крепостнический строй России и в них, по выражению Добролюбова, «очень близко подошел к народной точке зрения».

[4] Однако писатель был далек от мысли о необходимости решительного, революционного преобразования этого строя. Гоголь ненавидел уродливый мир крепостников и царских чиновников. В то же время он часто пугался выводов, естественно и закономерно вытекавших из его произведений, – выводов, которые делали его читатели.

Гоголю, гениальному художнику-реалисту, была свойственна узость идейного кругозора, на что не раз указывали Белинский и Чернышевский.

В этом была трагедия великого писателя. Но каковы бы ни были заблуждения Гоголя на последнем этапе его жизни, он сыграл колоссальную роль в истории русской литературы и освободительного движения в России.

Важно

Раскрывая историческое значение творчества Л. Н. Толстого, В. И. Ленин писал: «…если перед нами действительно великий художник, то некоторые хотя бы из существенных сторон революции он должен был отразить в своих произведениях».[5] Это гениальное ленинское положение помогает объяснить и важнейшую проблему гоголевского творчества.

Будучи великим художником-реалистом, Гоголь сумел, вопреки узости и ограниченности собственных идейных позиций, нарисовать в своих произведениях изумительно верную картину русской крепостнической действительности и с беспощадной правдивостью разоблачить самодержавно-крепостнический строй.

Тем самым Гоголь содействовал пробуждению и развитию революционного самосознания.

М. И. Калинин писал: «Художественная литература первой половины XIX века значительно двинула вперед развитие политической мысли русского общества, познание своего народа».[6] Эти слова имеют прямое отношение к Гоголю.

Под непосредственным влиянием Гоголя формировалось творчество самых выдающихся русских писателей: Герцена и Тургенева, Островского и Гончарова, Некрасова и Салтыкова-Щедрина. Именем Гоголя Чернышевский назвал целый период в истории русской литературы.

На протяжении многих десятилетий это имя служило знаменем в борьбе за передовое, идейное искусство.

Совет

Гениальные произведения Гоголя служили Белинскому и Герцену, Чернышевскому и Добролюбову, а также последующим поколениям революционеров могучим оружием в борьбе против помещичьего, эксплоататорского строя.

Противоречия Гоголя пытались использовать в реакционном лагере, не щадившем усилий, чтобы фальсифицировать его творчество, выхолостить из него народно-патриотическое и обличительное содержание, представить великого сатирика смиренным «мучеником христианской веры».

Громадную роль в борьбе за Гоголя, в защите его от всевозможных реакционных фальсификаторов, как известно, сыграл Белинский. Он первый увидел новаторское значение произведений Гоголя.

Совет

Он проницательно раскрыл их глубокое идейное содержание и на материале этих произведений решал наиболее злободневные проблемы современности. Творчество Гоголя дало возможность Белинскому в условиях полицейского режима сделать предметом легального публичного обсуждения самые острые явления общественной жизни страны.

В своей статье «Речь о критике» он, например, прямо заявил, что «беспрерывные толки и споры», возбужденные «Мертвыми душами», – «вопрос, столько же литературный, сколько и общественный».

[7] Но наиболее ярким выражением революционной мысли Белинского явилось его знаменитое письмо к Гоголю по поводу «Выбранных мест из переписки с друзьями», с потрясающей силой отразившее политические настроения закрепощенных масс России, их страстный протест против своих угнетателей.

В конце 40-х годов в России началось «роковое семилетие», отмеченное страшным усилением полицейского террора и цензурного гнета. Малейшее проявление свободной, демократической мысли беспощадно каралось. Летом 1848 года умер Белинский.

Царские власти не успели привести в исполнение задуманный план расправы с великим критиком. В области литературы и критики особенно жестоким преследованиям подвергались писатели гоголевского направления, традиции Белинского.

В печати запрещено было даже упоминать имя критика.

На страницах реакционных газет и журналов с новой силой началась кампания против автора «Ревизора» и «Мертвых душ». Даже «Выбранные места из переписки с друзьями» не могли примирить с ним реакцию. Для нее Гоголь остался ненавистным сатириком, обличителем, сокрушающим основы крепостнического строя.

Обратите внимание

В 1851 году за границей вышла брошюра А. И. Герцена «О развитии революционных идей в России». Она еще раз поставила вопрос о значении произведений Гоголя для судеб русского освободительного движения. Сурово осудив «Выбранные места», Герцен оценивал автора «Ревизора» и «Мертвых душ» как союзника передовых, демократических сил России, борющихся за социальное освобождение народа.

Книга Герцена привлекла к себе пристальное внимание царского правительства и вызвала усиление репрессий против гоголевского направления.

Когда в 1852 году не стало Гоголя, петербургские газеты и журналы не смогли достойным образом откликнуться на событие, которое потрясло всех честных людей России. Д. А.

Оболенский рассказывает в своих воспоминаниях: «Цензорам объявлено было приказание – строго цензуровать все, что пишется о Гоголе, и, наконец, объявлено было совершенное запрещение говорить о Гоголе… Наконец даже имя Гоголя опасались употреблять в печати и взамен его употребляли выражение: «известный писатель» (наст. изд., стр. 553).

Тургенев жестоко поплатился за свое «Письмо из Петербурга», чудом проскочившее в «Московских ведомостях». Тургенева обвинили в том, что он осмелился возвеличить «лакейского писателя» и представить его смерть «как незаменимую утрату». В обстановке цензурного террора едва не пострадал даже М. П. Погодин.

Когда в 5-й книжке «Москвитянина» за тот же 1852 год появилась его некрологическая заметка о Гоголе, глава московской цензуры Назимов указал Погодину на неуместность черной траурной каймы в некрологе, посвященном Гоголю.[8]

Источник: https://www.libfox.ru/586342-sbornik-sbornik-gogol-v-vospominaniyah-sovremennikov.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector